Issues of harmonization of norms establishing administrative and criminal liabil-ity for violations in the field of traffic
Table of contents
Share
QR
Metrics
Issues of harmonization of norms establishing administrative and criminal liabil-ity for violations in the field of traffic
Annotation
PII
S102694520021583-2-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Alexander Yu. Yakimov 
Occupation: Adviser to the President
Affiliation: Russian Association of Motor Insurers
Address: Russian Federation,
Edition
Pages
103-110
Abstract

The article is devoted to the issues of harmonization of norms establishing administrative and criminal liability for violations in the field of traffic. Based on the comparison of the relevant norms of the Code of the Russian Federation on administrative offences of the Russian Federation and the Criminal Code of the Russian Federation and the analysis of the materials of the Supreme Court of the Russian Federation, proposals are formulated aimed at optimizing the combination of provisions of administrative-tort and criminal legislation in the area under consideration.

Keywords
drivers of vehicles, the Code of the Russian Federation on administrative offences, violations in the field of traffic, the resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation, the Criminal Code of the Russian Federation
Received
28.02.2022
Date of publication
15.09.2022
Number of purchasers
0
Views
144
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2022
1 Современный период развития административно-деликтного законодательства характеризуется активным внесением в него многочисленных изменений наряду с продолжением работы по подготовке проекта новой редакции Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
2 С учетом того, что любые предложения об изменении административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения традиционно обсуждаются как на различных уровнях государственной власти, так и среди населения, представляется полезным сопоставить нормы действующей редакции КоАП РФ и Уголовного кодекса РФ, устанавливающие юридическую ответственность за нарушения в упомянутой области.
3 Автор настоящей статьи неоднократно обращался к данной проблематике, поэтому не будем углубляться в подробный ретроспективный анализ хронологии изменений указанных норм КоАП РФ и Уголовного кодекса РФ, а в необходимых случаях ограничимся отсылками к ранее опубликованным работам.
4 Предметом рассмотрения является нынешнее состояние сочетания соответствующих положений административно-деликтного и уголовного законодательства, причем имеет смысл начать с описания норм, содержащихся в Уголовном кодексе РФ.
5 В Особенную часть УК РФ включены три статьи соответствующей направленности. Первую статью правомерно считать основной, поскольку в ней установлена ответственность за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.
6 Имеется в виду ст. 264 УК РФ, в которой речь идет об указанных нарушениях, совершенных лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством.
7 Составы преступлений, содержащиеся в данной статье, являются материальными, так как в объективную сторону каждого из этих составов включены следующие последствия: деяние повлекло (по неосторожности) причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека либо двух или более лиц.
8 Дифференциация уголовной ответственности в анализируемой статье осуществляется именно в зависимости от наступивших последствий: ч. 1 – причинение тяжкого вреда здоровью человека; ч. 3 – смерть человека; ч. 5 – смерть двух или более лиц.
9 В ч. 2, 4 и 6 ст. 264 УК РФ предусмотрена повышенная ответственность за данные деяния с учетом наличия отягчающих обстоятельств, которые выступают в качестве квалифицирующих признаков.
10 К ним относятся следующие обстоятельства: преступление совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения (подп. «а»), или сопряжено с оставлением места его совершения (подп. «б»).
11 Таким образом, независимо от того, какое конкретно нарушение правил непосредственно привело к наступлению указанных последствий, ответственность наступает по определенной части ст. 264 УК РФ.
12 Теперь перейдем к рассмотрению «родственной» ст. 12.24 КоАП РФ, в которой установлена ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение следующего вреда здоровью потерпевшего: легкого (ч. 1) или средней тяжести (ч. 2).
13 В этой связи нельзя не вспомнить поразительный пример «асинхронных» действий законодательных органов, который непосредственно касается ст. 264 УК РФ и ст. 12.24 КоАП РФ1.
1. См. подр.: Якимов А.Ю. Оптимизация сочетания административной и уголовной ответственности водителей транспортных средств за нарушения Правил дорожного движения // Актуальные проблемы административного права и административного процесса: сб. науч. ст. М., 2017. С. 157, 158.
14 Дело в том, что первоначально нарушение вышеупомянутых правил, повлекшее по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью человека, влекло уголовную ответственность.
15 Однако затем произошла декриминализация данного деяния путем внесения соответствующих изменений в ч. 1 ст. 264 УК РФ, причем ст. 12.24 КоАП РФ не подверглась коррективам.
16 В итоге сложилась абсурдная ситуация: при наличии последствий в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшего отсутствовали как уголовная, так и административная ответственность.
17 Только по истечении около полутора лет после возникновения описываемого юридического казуса в ст. 12.24 КоАП РФ была включена ч. 2, установившая ответственность за совершение этого деликта.
18 Сопоставление содержания ч. 1 ст. 264 УК РФ и примечания 1 к данной статье с содержанием примечания к ст. 12.1 КоАП РФ позволяет прийти к следующему выводу: между положениями административно-деликтного законодательства и уголовного законодательства в части понимания того, какие правила нарушены и что относится к транспортным средствам, фактически отсутствуют различия2.
2. См.: там же. С. 159, 160.
19 Аналогичный вывод можно сделать и в отношении определения субъекта юридической ответственности, которым в соответствии с ч. 1 ст. 264 УК РФ является лицо, управляющее транспортным средством.
20 В ст. 12.24 КоАП РФ не указывается, кем совершено нарушение, однако с учетом содержания других статей КоАП РФ (например, ч. 2 ст. 12.30) очевидным является вывод о том, что речь идет именно о водителе транспортного средства.
21 Уместно отметить, что в первом абзаце п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»3 применительно к ст. 12.24 КоАП РФ разъясняется следующее: «необходимо иметь в виду, что субъектом таких правонарушений является водитель транспортного средства».
3. См.: Росс. газ. 2019. 3 июля.
22 В отличие от УК РФ в гл. 12 КоАП РФ имеется большое количество статей с так называемыми «формальными» составами правонарушений, объективная сторона которых не включает последствий, предусмотренных в ст. 12.24 КоАП РФ.
23 В качестве примеров уместно указать на ст. 12.5 КоАП РФ (управление транспортным средством при наличии неисправностей или условий, при которых эксплуатация транспортных средств запрещена), ст. 12.10 КоАП РФ (нарушение правил движения через железнодорожные пути), ст. 12.13 КоАП РФ (нарушение правил проезда перекрестков), ст. 12.14 КоАП РФ (нарушение правил маневрирования) и другие статьи.
24 Фактически это приводит к «конкуренции норм». Показательно, что в судебной практике, в том числе и на уровне Верховного Суда РФ, несколько лет назад превалировала позиция, которая нашла отражение в материалах научно-практической конференции «Актуальные проблемы совершенствования законодательства об административной ответственности», состоявшейся 30 мая 2013 г. в Российской академии правосудия.
25 На основе анализа указанной практики судья Бузулукского районного суда Оренбургской области Е.И. Матыцина высказала убеждение в том, что составы правонарушений, предусмотренных в ст. 12.24 КоАП РФ, являются специальными по отношению к иным составам административных правонарушений. В связи с этим при квалификации по ч. 1 или 2 ст. 12.24 КоАП РФ совокупность правонарушений исключается4.
4. См.: Матыцина Е.И. О практике привлечения к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего // Актуальные проблемы совершенствования законодательства об административной ответственности: материалы науч.-практ. конф. М., 2014. С. 110–112.
26 Однако относительно недавно положение изменилось, о чем свидетельствует упомянутый ранее п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, четвертый абзац которого посвящен именно подобным ситуациям и содержит разъяснение противоположного характера.
27 Процитируем соответствующий текст: «В том случае, когда причинение легкого либо средней тяжести вреда здоровью потерпевшего было обусловлено нарушением ПДД РФ или правил эксплуатации транспортных средств и выражалось, например, в проезде на запрещающий сигнал светофора или неисправности тормозной системы, такие действия (бездействие) водителя могут квалифицироваться соответственно по статье 12.12 КоАП РФ или части 2 статьи 12.5 данного кодекса и по части 1 или 2 статьи 12.24 КоАП РФ (пункт 7 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ)».
28 По нашему мнению, отсюда вытекает обоснованный вывод о том, что действующая редакция диспозиций обеих частей ст. 12.24 КоАП РФ порождает различные толкования при осуществлении правоприменительной деятельности.
29 Следовательно, имеющееся в настоящее время в ст. 12.24 КоАП РФ «копирование» конструкции диспозиции, содержащейся в ч. 1 ст. 264 УК РФ, нельзя считать удачным.
30 Для изменения существующего положения имеются различные варианты. Например, во всех статьях, устанавливающих административную ответственность водителей за совершение нарушений в области дорожного движения, которые влекут дорожно-транспортные происшествия, можно предусмотреть повышенную ответственность в случае наступления последствий в виде причинения соответствующего вреда здоровью потерпевшего, исключив при этом ст. 12.24 из КоАП РФ. Однако такое решение является иррациональным.
31 Полагаем более разумным поступить иначе, изменив редакцию диспозиций обеих частей ст. 12.24 КоАП РФ следующим образом: «Причинение легкого вреда здоровью потерпевшего вследствие нарушения водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства» (ч. 1); «Причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего вследствие нарушения водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства» (ч. 2).
32 В этом случае требуется, соответственно, изменить и название ст. 12.24 КоАП РФ: «Причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего вследствие нарушения водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства»5.
5. См.: Якимов А.Ю., Клименко А.Б. Особенности привлечения к административной ответственности по статье 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях // Безопасность дорожного движения. 2021. № 3. С. 41, 42.
33 Таким образом, в случае наличия подобных последствий в виде причинения вреда здоровью потерпевшего водителя следует наказывать по совокупности правонарушений: конкретного нарушения, приведшего к ДТП, и правонарушения, предусмотренного в ст. 12.24 КоАП РФ.
34 Вопросы привлечения к юридической ответственности при наличии совокупности уголовных преступлений и совокупности административных правонарушений целесообразно рассмотреть позднее, а сейчас следует вновь обратить внимание на наличие в ч. 2, 4 и 6 ст. 264 УК РФ квалифицирующего признака в виде совершения соответствующего деяния лицом, находящимся в состоянии опьянения.
35 Согласно примечанию 2 к ст. 264 УК РФ для целей этой статьи (и ст. 2641 УК РФ, о которой далее пойдет речь) данным субъектом признается лицо, управляющее транспортным средством, в случае установления факта употребления указанным лицом вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, установленную законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях, или в случае наличия в организме этого лица наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, а также лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.
36 Что касается КоАП РФ, то сначала определение того, что следует понимать под управлением транспортным средством в состоянии опьянения было в примечании к ст. 27.12, которое впоследствии в силу некоторых субъективных обстоятельств утратило силу6.
6. См. подр.: Якимов А.Ю. Нормативно-правовое определение состояние опьянения и количественная характеристика допустимого (или запрещенного) уровня алкоголя в организме водителя автомототранспортного средства (отечественный и зарубежный опыт) // Административное право и процесс. 2013. № 2. С. 16–23.
37 Спустя несколько лет в КоАП РФ было включено примечание к ст. 12.8, в котором раскрывалось, в каких случаях наступает административная ответственность.
38 Это примечание было подвергнуто критике за отсутствие определения состояния опьянения, неудачные формулировки и отсутствие в нем количественного критерия содержания алкоголя в крови, что затрудняло медицинское освидетельствование лица, пострадавшего в дорожно-транспортном происшествии и находящегося в тяжелом состоянии7.
7. См. подр.: Якимов А.Ю. Состояние опьянения как обязательный признак составов административных правонарушений (сравнительно-правовой анализ) // Административное право и процесс. 2014. № 10. С. 47–49.
39 В первом предложении нынешней редакции указанного примечания запрещается употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ.
40 Далее во втором предложении конкретизируется, что административная ответственность, предусмотренная в ст. 12.8 и ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, «наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека».
41 Следовательно, «иные вызывающие опьянение вещества» отсутствуют в тексте второго предложения примечания к ст. 12.8 КоАП РФ, определяющего основания привлечения к административной ответственности за соответствующие правонарушения.
42 Что касается упомянутого ранее примечания 2 к ст. 264 УК РФ, то в нем, как было отмечено ранее, перечислены также аналоги психотропных веществ и новые потенциально опасные психоактивные вещества, т.е. оно содержит более полный перечень запрещенных веществ.
43 По нашему убеждению, необходимо в срочном порядке привести в соответствие анализируемые положения КоАП РФ и Уголовного кодекса РФ, причем, может потребоваться еще более широкая формулировка, позволяющая учесть современные «достижения» криминального бизнеса в области фармакологии.
44 Актуальность предложенной корректировки обусловлена тем обстоятельством, что в Уголовном кодексе РФ наряду с материальными составами преступлений, содержащимися в ст. 264, имеются и формальные составы, включенные в другую статью – ст. 2641.
45 В этой статье установлена ответственность за управление автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ч. 1), или имеющим судимость за совершение в состоянии опьянения преступления, квалифицируемого по ч. 2, 4 или 6 ст. 264 либо по ст. 2641 УК РФ (ч. 2).
46 Таким образом, в ч. 1 указанной статьи установлена административная преюдиция, причем для привлечения к уголовной ответственности важное значение имеет наличие следующего юридического факта: предусмотренный в ст. 4.6 КоАП РФ срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, не истек.
47 В связи с необходимостью гармонизации соответствующих положений административно-деликтного и уголовного законодательства проанализируем, какие «родственные» составы административных правонарушений имеются в КоАП РФ, какие из них включены в механизм административной преюдиции, и каким образом сформулированы составы уголовных преступлений.
48 В ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ установлена ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, причем сделана специальная оговорка: «если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния».
49 В ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ предусмотрена повышенная ответственность за аналогичное деяние, совершенное водителем, не имеющим права управления транспортными средствами либо лишенным права управления транспортными средствами, и сделана такая же оговорка.
50 Похожая ситуация имеет место и в отношении ст. 12.26 КоАП РФ, по ч. 1 которой водитель наказывается за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. При этом также сделана оговорка: «если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния».
51 Следует указать на то, что в описании объективной стороны состава преступления в диспозициях ч. 1 и 2 ст. 2641 УК РФ рассматриваемый состав деликта отсутствует, однако он имеется в примечании 2 к ст. 264 УК РФ.
52 По ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ за аналогичное нарушение более строго наказывается водитель, не имеющий права управления транспортными средствами либо лишенный права управления транспортными средствами. Отметим, что и здесь имеется идентичная оговорка.
53 Кроме того, необходимо учесть, что в ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ предусмотрена ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения или до принятия уполномоченным должностным лицом решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.
54 Данный состав административного правонарушения органично связан с вышеописанными противоправными деяниями, о чем свидетельствует рассмотренное ранее примечание к ст. 12.8 КоАП РФ, однако он не упоминается ни в примечании 2 к ст. 264 УК РФ, ни в диспозициях ч. 1 и 2 ст. 2641 УК РФ.
55 Думается, что логичнее было бы отразить в примечании 2 к ст. 264 УК РФ объективную сторону всех составов административных правонарушений, совершение которых лицом, которое ранее было подвергнуто административному или уголовному наказанию за определенные деликты, влечет уголовную ответственность.
56 Аналогичным образом следовало бы поступить в отношении диспозиций ч. 1 и 2 ст. 2641 УК РФ. При этом описание составов деликтов, за которые лицо привлекается, а равно было ранее привлечено к административной ответственности, целесообразно заменить отсылкой к соответствующим частям статей Особенной части КоАП РФ по аналогии с тем, как это сделано в отношении норм Уголовного кодекса РФ8.
8. См. подр.: Якимов А.Ю. Оптимизация сочетания административной и уголовной ответственности водителей транспортных средств за нарушения Правил дорожного движения. С. 160–165.
57 Именно так сформулированы новые формальные составы, включенные в недавно появившуюся в Уголовном кодексе РФ еще одну статью – ст. 2642, в ч. 1 которой тоже предусмотрена административная преюдиция, причем речь идет о назначенном административном наказании в виде лишения права управления транспортными средствами.
58 В данной статье установлена уголовная ответственность за нарушение правил дорожного движения, предусмотренное в ч. 4 или 5 ст. 12.9 либо ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, лицом, подвергнутым административному наказанию и лишенным права управления транспортными средствами за любое из деяний, предусмотренных в ч. 7 ст. 12.9 и ч. 5 ст. 12.15 КоАП РФ (ч. 1) или имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного в ст. 2642 УК РФ (ч. 2).
59 Проанализируем, о каких административных правонарушениях идет речь. По ст. 12.9 КоАП РФ квалифицируются превышения установленной скорости движения транспортного средства: на величину более 60, но не более 80 км/ч (ч. 4); на величину более 80 км/ч (ч. 5).
60 В ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ установлена ответственность за выезд в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления. При этом оговорено, что исключение составляют случаи объезда препятствия, квалифицируемые по ч. 3 данной статьи.
61 Следует обратить внимание на то, что в диспозициях перечисленных в ч. 1 и 2 ст. 2642 УК РФ норм КоАП РФ, влекущих привлечение к уголовной ответственности, в отличие от ранее приведенных норм отсутствует оговорка: «если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния». Полагаем, что эти пробелы требуется устранить.
62 Что касается ч. 7 ст. 12.9 и ч. 5 ст. 12.15 КоАП РФ, то в них установлена повышенная ответственность за повторное совершение вышеупомянутых правонарушений, предусмотренных соответственно в ч. 4 или 5 ст. 12.9 и ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.
63 Имеется в виду лишение прав управления на срок один год, а в случае фиксации административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, наложение штрафа в размере 5 тыс. руб.
64 Таким образом, уголовная ответственность по ст. 2642 УК РФ наступает в случаях совершения соответствующего административного правонарушения в третий и более раз, т.е. речь идет о систематических нарушениях определенных положений Правил дорожного движения9.
9. См. подр.: Якимов А.Ю. Повышенная ответственность за неоднократное совершение административных правонарушений (правовые и организационные вопросы) // Государство и право. 2007. № 8. С. 5, 6.
65 При этом следует иметь в виду, что в примечании к этой статье специально оговорено, что ее действие не распространяется на случаи фиксации соответствующих нарушений работающими в автоматическом режиме вышеупомянутыми специальными техническими средствами.
66 В заключение вернемся к вопросу, который не имеет прямого отношения в теме настоящей статьи, однако, по-нашему мнению, является актуальным с учетом включения в Уголовный кодекс РФ наряду со ст. 264 еще двух статей - 2641 и ст. 2642, содержащих формальные составы преступлений в области дорожного движения.
67 Представляется целесообразным уделить некоторое внимание сопоставлению правового регулирования назначения наказаний по совокупности преступлений и по совокупности административных правонарушений.
68 Соответствующие правила назначения наказания по совокупности преступлений содержатся в ст. 69 УК РФ. Согласно ч. 1 данной статьи наказание назначается отдельно за каждое совершенное преступление. Однако далее предусматриваются отличия, обусловленные категориями преступлений, которые определены в ст. 15 УК РФ.
69 Если все преступления являются преступлениями небольшой или средней тяжести, окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем частичного или полного сложения назначенных наказаний.
70 При этом окончательное наказание не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, установленного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений (ч. 2 ст. 69 УК РФ).
71 Если хотя бы одно из преступлений является тяжким или особо тяжким преступлением, то окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний.
72 При этом окончательное наказание в виде лишения свободы не может превышать более чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения свободы, установленный за наиболее тяжкое из совершенных преступлений (ч. 3 ст. 69 УК РФ).
73 В случае наличия совокупности преступлений к основным видам наказаний могут быть присоединены дополнительные виды наказаний. Окончательное дополнительное наказание при частичном или полном сложении наказаний не может превышать максимального срока или размера, предусмотренного для данного вида наказания в Общей части УК РФ (ч. 4 ст. 69).
74 На наш взгляд, приведенные правила имеют достаточно четко выстроенную логику: в зависимости от тяжести преступлений применяются разные правила, причем предусмотрено ограничение величины окончательного наказания (как основного, так и дополнительного).
75 Что касается КоАП РФ, то в нем есть ст. 4.4, содержащая правила назначения административных наказаний за совершение нескольких административных правонарушений.
76 В ч. 1 данной статьи имеется норма о том, что по общему правилу при совершении лицом двух и более административных правонарушений наказание назначается за каждое совершенное нарушение.
77 Однако недавно указанная статья дополнена ч. 5 и 6, в которых установлены два исключения из этого правила, касающиеся определенных случаев осуществления контрольно-надзорной деятельности.
78 В ч. 2 ст. 4.4 КоАП РФ содержится следующее правило: при совершении лицом одного действия (бездействия), содержащего составы правонарушений, ответственность за которые предусмотрена двумя и более статьями (частями статей) КоАП РФ и рассмотрение дел о которых подведомственно одному и тому же судье, органу, должностному лицу, то наказание назначается в пределах санкции, предусматривающей назначение лицу, совершившему указанное действие (бездействие), более строгого наказания.
79 Далее в эту часть включены нормы, отражающие три частных случая приведенного правила:
80 если одной из санкций устанавливается ответственность в виде предупреждения, то наказание назначается в пределах санкции, не предусматривающей наказание в виде предупреждения;
81 если санкциями устанавливается ответственность в виде штрафа, то наказание назначается в пределах санкции, при применении которой может быть назначен наибольший штраф в денежном выражении;
82 если одной из санкций не устанавливается ответственность в виде предупреждения или штрафа, то наказание назначается в пределах санкции, не предусматривающей наказание в виде предупреждения или штрафа.
83 Кроме того, при назначении наказания в соответствии с ч. 2 и 3 данной статьи могут быть назначены дополнительные наказания, предусмотренные каждой из соответствующих санкций (ч. 4 ст. 4.4 КоАП РФ).
84 Таким образом, в отличие от Уголовного кодекса РФ в КоАП РФ применительно к назначению основного наказания установлено следующее правило: поглощение менее строгого наказания более строгим.
85 Подобную юридическую конструкцию нельзя признать оптимальной. Помимо этого, возникает вопрос о том, как соотносятся друг с другом все виды наказаний по критерию «строгости».
86 Было бы неверно ориентироваться на очередность их перечисления в ч. 1 ст. 3.2 КоАП РФ с учетом того, что три последних вида наказаний, включенных в п/п. 9–11 ч. 1 данной статьи, вводились в хронологическом порядке. В этой связи представляется достаточно сложным соотнести строгость, например, административного ареста и обязательных работ.
87 Имеется и другой вопрос, касающийся применения норм ст. 4.4 КоАП РФ: как следует поступать, если составы нескольких правонарушений содержатся в одной и той же части статьи Особенной части КоАП РФ (такая нормотворческая практика находит свое отражение в статьях гл. 12)?
88 В качестве примера можно привести ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, в которую включены два состава правонарушений, как правило, выявляемых одновременно: 1) неисполнение владельцем транспортного средства установленной обязанности по страхованию своей гражданской ответственности; 2) управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует.
89 Следует иметь в виду, что достаточно часто встречаются случаи, когда владельцем и водителем соответствующего транспортного средства является одно и то же физическое лицо10.
10. См. также: Якимов А.Ю. Усиление роли наказаний в административно-деликтном праве (произошедшие изменения и имеющиеся проблемы) // Административное право и процесс. 2019. № 10. С. 46, 47.
90 Разумеется, совершенствование нормативной основы назначения административных наказаний за совершение нескольких правонарушений является сложным. В этой связи, на наш взгляд, интерес представляет использование определенной аналогии с положениями ст. 15 и 69 УК РФ.
91 * * *
92 На основании изложенного полагаем возможным сделать вывод о том, что в настоящее время решение вопросов гармонизации норм, устанавливающих административную и уголовную ответственность за нарушения в области дорожного движения, является весьма актуальным.
93 Об этом убедительно свидетельствуют факты включения в Уголовный кодекс РФ норм, предусматривающих административную преюдицию в случаях неоднократного совершения правонарушений, которые характеризуются повышенной общественной опасностью.
94 В целях оптимизации сочетания указанных норм административно-деликтного и уголовного законодательства требуется серьезная работа, которая позволит повысить эффективность правоприменительной деятельности и будет способствовать снижению количества дорожно-транспортных происшествий и тяжести их последствий.

References

1. Matytsina E.I. On the practice of bringing to administrative responsibility for violation of traffic rules or rules of operation of a vehicle that caused light or moderate harm to the health of the victim // Actual problems of improving legislation on administrative responsibility: materials of the scientific and practical conference. M., 2014. P. 110–112 (in Russ.).

2. Yakimov A. Yu. Normative-legal definition of the state of intoxication and quantitative characteristics of the permissible (or prohibited) alcohol level in the body of a motor vehicle driver (domestic and foreign experience) // Administrative Law and process. 2013. No. 2. P. 16–23 (in Russ.).

3. Yakimov A. Yu. Optimization of the combination of administrative and criminal liability of drivers of vehicles for violations of traffic rules // Actual problems of Administrative Law and Administrative Process: collection of scientific art. M., 2017. P. 157–165 (in Russ.).

4. Yakimov A. Yu. Increased responsibility for repeated commission of administrative offenses (legal and organizational issues) // State and Law. 2007. No. 8. P. 5, 6 (in Russ.).

5. Yakimov A. Yu. The state of intoxication as a mandatory sign of the composition of administrative offenses (comparative legal analysis) // Administrative Law and process. 2014. No. 10. P. 47–49 (in Russ.).

6. Yakimov A. Yu. Strengthening the role of punishments in administrative-tort law (the changes that have occurred and the existing problems) // Administrative Law and process, 2019. No. 10. P. 46, 47 (in Russ.).

7. Yakimov A. Yu., Klimenko A.B. Features of bringing to administrative responsibility under Article 12.24 of the Code of the Russian Federation on administrative offenses // Road safety. 2021. No. 3. P. 41,42 (in Russ.).

Comments

No posts found

Write a review
Translate