Military Law: statement of the problem and solutions
Table of contents
Share
Metrics
Military Law: statement of the problem and solutions
Annotation
PII
S102694520014362-9-1
DOI
10.31857/S102694520014362-9
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Alexander Savenkov 
Occupation: Director of the Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences
Affiliation: Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences
Address: Russian Federation, Moscow
Alexander V. Kudashkin
Occupation: Head of the Department of Military Law of the Academy of Military Sciences
Affiliation: Academy of Military Sciences
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
7-34
Abstract

The article considers the historical background of the formation and stages of development of Military Law as an independent branch of the Russian legal system. The first sources of Russian Military Law date back to the X century; the first works on the theory of Military Law in Russia - to the second half of the XIX century. Military Law received a powerful development in the early 40 - 50s of the XX century. However, the final formalization of Military Law as an independent branch of law is associated with the formation of the modern system of law in Russia and the ongoing geopolitical events in the world.

The content of a specific separate subject and an independent method of legal regulation is revealed. Marked expansion of the subject of legal regulation due to the emergence of new types of armed conflicts, expanding its membership, the development of new weapons systems, the application of which is not governed by law. The “core” of the subject of Military Law is relations within the framework of the law of armed conflict, based on the norms of International Humanitarian Law, implemented in the Russian legal system.

The article concludes that Military Law is a historically established branch of Russian law that regulates relations in the field of military activities of the state, which has a specific separate subject and method of legal regulation.

Keywords
war, armed conflict, Military Law, prerequisites and genesis of Military Law, subject and method of legal regulation, branch of law, law of armed conflicts, International Humanitarian Law, combatants, non-combatants, sources of Military Law
Received
24.02.2021
Date of publication
29.04.2021
Number of purchasers
4
Views
254
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2021
1 Президент РФ В.В. Путин принял решение о проведении в 2021 г. в Российской Федерации Года науки и технологий1. И это повод обратить свое внимание на науку военного права, которое было основано Петром Великим, принявшим 305 лет назад, 10 апреля (30 марта по старому стилю) 1716 г., Воинский устав2, определивший все стороны жизни и деятельности армии3. По мнению П.О. Бобровского, «только со времени появления Воинского устава следует считать учреждение регулярного войска в России совершившимся историческим фактом, потому что только с принятием к руководству этого устава войско получило единство, организацию и законы соответственно требованиям и условиям военного искусства тогдашнего времени»4. В современных геополитических условиях актуальным является развитие военного права, имеющего глубокие исторические корни и напрямую связанного со становлением Российского государства, его современным развитием и местом в мире.
1. См.: Указ Президента РФ от 25.12.2020 г. № 812 «О проведении в Российской Федерации Года науки и технологий». URL: http:// >>>> /news/shownews.aspx?id=44b75f02-8717-4640-976d-307e90613df1&print=1

2. См.: Полное собрание законов Российской империи. Собр. 1-е. 1649 - 1825 гг. / под ред. М.М. Сперанского. СПб., 1830. Т. V (1713 - 1719). Закон 3006. С. 203 - 453.

3. Устав состоял из 68 глав и следующих приложений: «Артикул воинский» с кратким толкованием (209 статей; военно-уголовный кодекс), «Краткое изображение процессов или судебных тяжеб» (3 части и 14 глав), «О экзерциции (или учении), о приуготовлении к маршу, о званиях и о должности полковых чинов» (3 части).

4. Бобровский П.О. Происхождение артикула воинского и изображения процессов Петра Великого по Уставу воинскому 1716 г.: историческое исследование. 2-е изд., c доп. пояснениями. СПб., 1881; Его же. Переход России к регулярной армии: исследование. СПб., 1885 (Правовые памятники).
2 Военная деятельность есть неотъемлемый атрибут каждого современного государства. Формы и объемы такой деятельности дифференцированы в зависимости от приоритетов внешней и внутренней политики.
3 Сегодняшняя геополитическая ситуация характеризуется стремлением ведущих западных стран во главе с США к установлению нового мирового порядка. И в этом процессе западные лидеры по-прежнему рассматривают военную силу в качестве одного из главных инструментов преобразований, а ставка на военную силу, как и прежде, остается главным аргументом мировой политики. Подтверждение тому - вооруженные конфликты в Югославии, Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии и др.
4 Цивилизация вступила в социальный и гуманитарный кризис планетарного масштаба, а большинство государств уже не смогут, опираясь на известный государственно-правовой инструментарий, ни прогнозировать развитие общественно-экономической формации, ни цели социальных и политических преобразований5.
5. См.: Савенков А.Н. Государство и право в период кризиса современной цивилизации. М., 2020. С. 155.
5 Выступая на сессии «Давосская повестка дня 2021», Президент РФ В.В. Путин обратил внимание на ослабление международных институтов, появление новых региональных конфликтов, деградацию системы глобальной безопасности. Он также отметил – «можно ожидать, что более агрессивным станет и характер практических действий, включая давление на те страны, которые не согласны с ролью послушных управляемых сателлитов, использование торговых барьеров, нелегитимные санкции, ограничение финансовой, технологической, информационной сфер. Подобная игра без правил критически повышает риски одностороннего применения военной силы…»6.
6. URL: >>>>
6 Сдвиг в глобальной среде безопасности во многом обусловлен внешней стратегией США к военному превосходству, желанием стать единственной «великой сверхдержавой», реализация которой ведется в худших традициях «холодной войны» – гонка вооружений на новом технологическом уровне. США объявили Россию самой большой современной угрозой7. Проявлением этого, помимо военных приготовлений, стали санкции, применяемые США без разбора к 2/3 стран мира, строительство разных стен и другие действия изоляционистского и протекционистского характера.
7. См.: Савенков А.Н. Указ. соч. С. 224–229.
7 В состоянии новой (второй) «холодной войны» мир уже находится сегодня, так же как мир очень близок состоянию глобальной военной дестабилизации, так считает акад. РАН А.А. Дынкин8.
8. См.: Дынкин А.А. Стратегическая стабильность и архитектура безопасности // Вестник РФФИ. 2018. № 2. С. 43.
8 По мнению акад. РАН А.Г. Арбатова, вероятность первого применения ядерного оружия стала ныне больше, чем когда-либо за прошедшие 30 лет9.
9. См.: Арбатов А.Г. Трансформация ядерного сдерживания. Безопасность и контроль над вооружениями 2017–2018: преодоление разбалансировки международной стабильности / отв. ред. А.Г. Арбатов, Н.И. Бубнов. М., 2018. С. 17, 18.
9 С.В. Лавров обратил внимание на размывание грани между не силовыми и силовыми методами достижения внешнеполитических целей; милитаризацию международных отношений и киберпространства; повышение роли ядерного оружия в доктринальных документах США, снижение порога его возможного применения; появление новых очагов вооруженных конфликтов10.
10. См.: Лавров С.В. Мир на перепутье и система международных отношений будущего // Россия в глобальной политике. 2019. 20 сент.
10 Российские ученые отмечают, что «общее состояние стратегической стабильности стало гораздо более сложным и менее управляемым, более подверженным разного рода случайностям и воздействиям со стороны неядерных факторов и третьих стран», но «уровень угрозы преднамеренной войны, особенно ядерной, между ядерными державами» - низкий. Вместе с тем «совокупность военно-технических и политических факторов – нагнетаемая США конфронтация, состояние элит в ряде ведущих стран, разрушение режимов ограничения вооружений и связанных с ними мер доверия – объективно усиливает вероятность развязывания непреднамеренной ядерной войны»11.
11. Караганов С.А., Суслов Д.В. Доклад «Новое понимание и пути укрепления многосторонней стратегической стабильности». М., 2019. URL: >>>>
11 Министр обороны РФ С.К. Шойгу также оценивает мир как «более непредсказуемый и менее безопасный», но надеется, «что о полномасштабной войне сегодня вопрос не стоит», не исключая при этом высокую «вероятность ошибки в системе управления вооружением» в современном уровне информатизации и автоматизации12.
12. См.: Интервью Министра обороны РФ С.К. Шойгу «Московскому комсомольцу», 22 сентября 2019 г. URL: >>>>
12 На наш взгляд, появление новой терминологии, претендующей на доктринальный характер использования, требует тщательного правового изучения, а феномен «непреднамеренной ядерной войны», как явление, - глубокого международного, междисциплинарного исследования. Поскольку если хотя бы на минуту допустить, что сегодня мир стоит на пороге гибели даже не по воле «суверена», а в результате несовершенной техники, ошибки в тактическом военном прогнозе, «человеческого фактора» или целенаправленных действий хакера-одиночки, то такой мир несовершенен.
13 В этих непростых условиях требуется дальнейшее развитие военной организации Российского государства, реализации комплекса мер в области военного строительства, в т.ч. правового характера. Актуальность правовых исследований в военной сфере обусловлена потребностями государства в совершенствовании правовых основ военной деятельности государства, военных отношений, которые, будучи урегулированные правом, приобретают качество правоотношений, объединяемых понятием «военное право».
14 Целевой задачей является доктринальное понимание военного права как системы установленных государством военно-правовых норм, в т.ч. имеющих экстерриториальный характер, утверждающих понятие войны, поводы для ее объявления, правовые основы отношения государства к войне и направления политики в целях обеспечения его военной безопасности; регулирующих порядок поддержания мобилизационной готовности Вооруженных Сил, других государственных военных организаций, органов и воинских формирований, экономики и граждан к отражению нападения, правила ведения вооруженной борьбы и достижения победы в войне (вооруженных конфликтах); закрепляющих правовое положение (статус) и ответственность участников военной деятельности, правомерность применения ими вооружений и иных средств для достижения целей войны, а также отношение к военнопленным и гражданскому населению на оккупированных территориях как в период боевых действий, так и после их завершения.
15 Военное право имеет древнее происхождение и, переходя к современной проблематике, следует остановиться на исторических предпосылках военного права и его генезисе.
16 Зарождение и этапы становления военного права
17 Военное право возникает тогда, когда государство ставит цель сохранить свой суверенитет и определяет задачи по вооруженной защите своего Отечества или, наоборот, направляет свои усилия на захват других территорий. Так начинается военная деятельность в государстве (возникают отношения по созданию вооруженных сил, воинских формирований, их комплектованию, обучению, обеспечению и т. д.). Это процесс объективный и неизбежный. Вопрос в том, насколько этот процесс формализован и интенсивен. А это зависит от конкретно-исторических условий и целей государства. Так появляются ритуалы, традиции, законы и обычаи войны, военное законодательство.
18 В полной мере познать любое общественно-политическое явление возможно только через изучение его исторических корней, исследование его генезиса, т.е. истории становления и развития явления, представляющей «собой органическое единство количественно или качественно различных исторических состояний (этапов), которые, будучи объективированным выражением действия процессов изменения и развития, отражают их автономное время и находятся между собой в генетической связи»13.
13. Сырых В.М. Логические основания общей теории права: в 2 т. М., 2004. Т. 1: Элементный состав. С. 87.
19 На переломных этапах общественного развития в России всегда возрастал интерес к прошлому страны. Сталкиваясь с многочисленными трудностями становления, по сути, нового государства, сегодня общество ищет в своем прошлом примеры и исторические аналогии. Как справедливо отмечает акад. РАН А.А. Кокошин, исторический материал должен быть рассмотрен многопланово, с выявлением многих деталей, нюансов, которые и делают картину полной, дают основания для суждений, выводов, столь важных для понимания войн и военного дела настоящего и будущего. Предметом рассмотрения должен быть значительный набор исторических явлений, событий, связанных с проблемами войны и мира14.
14. См.: Кокошин А.А. Вопросы прикладной теории войны. 2-е изд. М., 2019. С. 33.
20 «Жизнь войска, - отмечал один из крупнейших специалистов в области военного права конца XIX - начала ХХ в. П.С. Заусцинский, - представляет собой непрерывную цепь явлений, в которой настоящее является неизбежным следствием прошедшего и служит единственной причиной будущего»15.
15. Заусцинский П.Ф. История кодификации русского военного законодательства. СПб., 1908. С. 4.
21 Военное право есть неотъемлемая часть правовой системы государства, которая через свои нормы регулирует общественные отношения в сфере военного строительства и жизнедеятельности Вооруженных Сил. Возникновение права в целом и его неотъемлемой составной части — военного права самым тесным образом связано с созданием и развитием государства. Видный немецкий юрист Р. Иеринг писал, что «идея права и интерес государства всегда шли рука об руку»16. Однако это отнюдь не означает, что изначальный генезис военного права целиком коренится в государстве. Истоки военного права коренятся в реальной жизни, в назревших потребностях становления и развития военной организации государства. Государство же только фиксирует в военном законодательстве требования складывающихся общественных отношений в сфере военной деятельности, и поэтому право «несет на себе отпечатки всех существенных особенностей истории данного общества»17. Согласно воззрениям многих ученых, право вообще возникает до государства. Последнее устанавливает лишь юридические нормы, а не правовые18.
16. Иеринг Р. Борьба за право. М., 1991. С. 9.

17. Алексеев С.С. Избранное. М., 2003. С. 93.

18. См.: Мальцев Г.В. О происхождении и ранних формах права и государства. М., 2000; Розин В.М. Генезис права. М., 2001.
22 Зарождение военного права относится ко времени возникновения государства и армии, появления военной политики.
23 Попытки определить и регулировать поведение участников войны и смягчить наихудшие последствия войны имеют давнюю историю. Самые ранние из известных примеров встречаются в Махабхарате и Ветхом Завете (Торе).
24 На индийском субконтиненте Махабхарата описывает дискуссию между правящими братьями относительно того, что представляет собой приемлемое поведение на поле битвы, ранний пример принципа соразмерности: «Не следует атаковать колесницы с кавалерией; воины колесниц должны атаковать колесницы. Никто не должен нападать на бедствующего, ни пугать его, ни побеждать его...».
25 В Древней Индии есть записи (Законы Ману, например), описывающие виды оружия, которые не должны использоваться: «90. Когда он сражается со своими врагами в битве, пусть он не бьет ни оружием, скрытым (в лесу), ни колючим, отравленным или остриями, которые пылают огнем»19.
19. The Laws of Manu. George Bühler, translator (Sacred Books of the East, Volume 25). Сh. VII. URL: >>>>
26 Будда в Палийском Каноне ясно заявляет, что война и насилие имеют нездоровые состояния ума как свою причину. Так, в Гамани Саньютта Будда отвечает, «когда наёмник усердный и пылкий в битве, то его ум уже низок, испорчен, направлен неправильным образом так: “Пусть эти существа будут убиты, повержены, уничтожены, ликвидированы, истреблены”»20.
20. Палийский Канон. СН 42: Гамани Саньютта – Начальник. СН 42.3. Йодхаджива сутта: Йодхаджива. СН 42.4-5 / пер. с англ. Samyutta Nikaya by Bodhi. P. 1334, 1336.
27 В начале второго тысячелетия до н.э. в Судебнике Хаммурапи описывались порядок комплектования армии и обязанности воинов.
28 В Древнем Китае классическими военными философами Сунь-Цзы и У-Цзы были созданы трактаты «О военном искусстве», в которых сформулированы принципы ведения войны, в т.ч. принцип «закона» (организованности и дисциплинированности), принципы осуществимости законов и приказов, силы войска , обученности командиров и солдат , ясности наград и наказаний. В трактате также содержатся правила ведения боевых действий в различных условиях (прообраз современного права вооруженных конфликтов)21.
21. См.: Сунь-Цзы. Трактаты о военном искусстве / Сунь-Цзы, У-Цзы; пер. с кит., предисл. и коммет. Н.И. Конрада. М.; СПб., 2003.
29 Наиболее развитую систему военно-правовых норм создало Римское государство. Особо следует отметить Дигесты Юстиниана (в 530—533 гг.), которые в числе прочих затрагивают ряд публично-правовых вопросов. Параграфы 15 - 18 книги 49 Дигест22 содержат суждения и нормы международного гуманитарного права, военного права, военно-уголовного законодательства, в т.ч. раскрывающие содержание важных правовых институтов: «24. ULPIAN, Institutes, book 1: Враг - это те, кому римский народ публично объявил войну или кто сам [объявляет войну] римскому народу; других называют грабителями или бандитами23. 17. PAUL, Sabinus, book 2: Те, кто, потерпев поражение, сдались врагу вместе со своим оружием, не заслуживают восстановления в правах.
22. См.: § 15. Prisoners of War, Postliminium, and Persons Ransomed from the Enemy. § 16. Military Law. § 17. Peculium Castreme. § 18. Veterans.

23. См.: Theodor Mommsen; Paul Krueger; Alan Watson. The Digest of Justinian. Latin text ed. by Theodor Mommsen with the aid of Paul Krueger; English translation ed. by Alan Watson: in 4 vols. Philadelphia, 1985. Vol. 4. Book forty-nine. § 15. Prisoners of War, Postliminium, and Persons Ransomed from the Enemy. Р. 406.
30 2. ARRIUS MENANDER, Military Law, book 1: Преступления или проступки солдат либо специфичны, либо обычны для других мужчин; и, соответственно, их преследование либо особенное, либо обычное. Своеобразное военное преступление - это преступление, которое человек совершает в качестве солдата24.
24. См.: ibid. § 16. Military Law. P. 407.
31 11. MARCIAN, Rules, book 2: Рабам запрещена всякая военная служба; в противном случае им грозит смертная казнь25.
25. См.: ibid. P. 410.
32 16. PAUL, Views, book 5: Солдат, нарушающий мир, подвергается высшей мере наказания»26.
26. Ibid. P. 411.
33 История человечества, в т.ч. и Российского государства, - это во многом история многочисленных войн и вооруженных конфликтов. Историками подсчитано, что только за последние пять с половиной тысяч лет на Земле произошло более 14 тыс. войн, в которых погибло свыше 4 млрд человек - столько же, сколько было населения в 70-е годы ХХ в. на всей планете. За время писаной истории человечества мирных лет в его жизни было всего 292. Все остальное время было наполнено большими и малыми войнами, вооруженными столкновениями, которые возникали, протекали и заканчивались то в одной точке земного шара, то в другой27.
27. См.: Тюшкевич С.А. Законы войны: сущность, механизм действия, факторы использования. М., 2002. С. 15, 16.
34 Говоря об историко-правовых предпосылках возникновения специфической сферы человеческой деятельности, именуемой военной службой, известный немецкий юрист XIX столетия Л. фон Штейн писал: «На самой низкой ступени развития выступает на войну каждый раз весь народ. Глава семейства покидает свою хижину и свои поля, жена и дети следуют за ним… Военный стан — это сам народ. Когда просвещение делает успехи, то на войну выступают одни только способные носить оружие; дома еще слишком мало богатства, чтобы думать о раздельности труда также и во время войны. Только у более развитых народов выделяется из общей массы народонаселения особенная, предназначенная для войны организация способных к оружию людей. Государственная власть выделяет этих людей на основании определенных правил и законов; она дает им особенную организацию, особенных предводителей, особенное устройство, особенные отличия, особенное право (курсив наш. - Авт.), особенное управление; она объявляет предназначенных ею таким образом для войны отдельных лиц и учреждения своею вооруженную силою; она определяет условия, на которых отдельные члены государства принимают участие в войне; она издает определенные предписания и постановления, которым они должны подчиняться. Образованная и организованная таким образом, призванная и уполномоченная государственной властью на войну, самостоятельно существующая и по наружности заметно отличающаяся от остального народонаселения организация военной силы государства называется войском»28.
28. Штейн фон Л. Учение о военном быте, как часть науки о государстве / пер. А. Эртеля. СПб., 1875. С. 57.
35 Профессор международного публичного права в Брюссельском университете Эрнест Нис утверждал, что «до Гроция история международного права ограничивалась историей права войны. Само по себе право войны серьезно развивается, оно составляет основу международного права. Исторически этот факт никогда не оспаривался. Право войны, состоящее из пределов, установленных правом на войну, является первым проявлением права, первым из основ, из которых состоит международно-правовая структура»29.
29. Nys Ernest. Le Droit de la guerre et les précurseurs de Grotius. Introduction. Bruxelles et Leipzig, 1882.
36 Рассмотрим этапы развития российского военного права.
37 Допетровский период (Х в. - 1700 г.). Наиболее ранними из дошедших до нас письменных памятников древнерусского права являются тексты договоров Руси с Византией. В них кроме норм, регулирующих торговые дела, определялись и взаимоотношения по военным вопросам: порядок привлечения русских дружин на службу в Византию, порядок выкупа военнопленных и др.
38 Первые источники русского военного права - Русско-византийские договоры 907 и 911 гг., которые были заключены после успешного похода киевского князя Олега и его дружины на Византийскую империю. В договор впервые включены правила комплектования вооруженной силы: «Если же будет набор в войско и эти (русские) захотят почтить вашего царя, и сколько бы ни пришло их в какое время, и захотят остаться у вашего царя по своей воле, то пусть так будет»30.
30. Повесть временных лет / подгот. текста Д.С. Лихачева; пер. Д.С. Лихачева и Б.А. Романова; под ред. В.П. Адриановой-Перетц. М.; Л., 1950 (Литературные памятники).
39 В целом же анализ древнерусского законодательства показывает, что в период до XVI в. специальных «военных» правовых актов в России, как и в подавляющем большинстве государств, не было; нормы военного права были как бы «вкраплены» в общее законодательство: в Русскую Правду, международные договоры с другими государствами, Судебники Ивана III 1497 и Ивана IV 1550 гг., в Уложение о Службе 1556 г. и т.д. Правовые основы военной организации Древней Руси нашли свое отражение в Русской Правде, в которой содержались положения о категориях ратных людей, взаимоотношениях между дружиной и князьями, князьями и ополчением и др.
40 В XVI в. стали появляться отдельные акты, целиком посвященные военным вопросам. Например, издаются царские указы, определяющие порядок подчиненности между «детьми боярскими и воеводами» на поле брани. Борис Годунов в 1604 г. специальным актом определил порядок участия монастырских людей в военных походах, а также льготы раненым, вдовам и детям погибших на войне31.
31. См.: Российский военный сб. Вып. 10. Военное законодательство Российской империи (Кодекс Русского Военного Права) / сост. В.Ю. Кудейкин, А.Е. Савинкин. М., 1996. С. 9.
41 С середины XVI в. отдельные вопросы прохождения военной службы стали регулироваться первыми воинскими уставами. Так, 16 февраля 1570 г. на основании проекта, разработанного князем М.И. Воротынским, состоялся Боярский приговор о станичной и сторожевой службе32. Этот акт по праву считается первым русским воинским уставом.
32. См.: >>>> >>>> . М., 1846.
42 В 1621 г. царь Михаил Федорович утвердил Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки33, а в 1647 г. вышел Устав «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей»34. В основу как первого, так и второго уставов были положены нормы, выработанные в результате сочетания зарубежного опыта с отечественным. В целом же российское военное законодательство XVI—XVII вв. характеризуется большим количеством разного рода правовых актов по самым различным сферам военного дела и военной службы.
33. См.: Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки. СПб., 1777 - 1781.

34. 1647 годъ. Ученiе и хитрость ратнаго строенiя пѣхотныхъ людей. СПб., 1904.
43 Первым в истории Российского государства законодательным актом, в котором была сделана попытка обобщить нормы, регулирующие военную службу, стало Соборное уложение царя Алексея Михайловича 1649 г.35 Большинство военно-правовых норм были изложены в гл. 7 «О службе всяких ратных людей Московского Государства».
35. См.: Тихомиров М.Н., Епифанов П.П. Соборное уложение 1649 года. М., 1961.
44 В течение последующих 50 лет вплоть до восшествия на престол царя Петра I военные законы снова «растворяются» в многочисленных царских указах и боярских приговорах, которые не только дополняли и изменяли Соборное уложение 1649 г., но и нередко противоречили друг другу.
45 Таким образом, допетровский период характеризуется появлением первых самостоятельных источников военного права одновременно с формированием централизованного Российского государства.
46 Петровский период (1700—1725 гг.). Хорошо осознавая вред, который приносят армии неопределенность прав и обязанностей военных чинов и отсутствие правильного правосудия, Петр I попытался систематизировать основные военно-правовые нормы в особых законодательных актах. В результате появились знаменитые памятники российского военного законодательства: Инструкция и артикулы российскому флоту 1710 г. - первый печатный морской военно-уголовный кодекс России36, Воинские артикулы 1715 г.37, Воинские уставы 1716 г. и Морской устав 1720 г.38 Эти документы были составлены на основе нормативной базы развитых европейских государств. Однако их появление не было результатом единовременного слепого копирования чужого опыта. Материалы для составления этих своеобразных военных кодексов собирались на протяжении полутора десятков лет, большинство их статей и пунктов оказались хорошо проверенными практикой отечественного военного строительства.
36. Инструкции и артикулы военные надлежащие к российскому флоту / Напечатаны повелением царского величества. В Москве: [Московский Печатный двор], апр. 1710. Инструкция правлена Петром I. Кн. переиздана в апр. и мае 1710, марте и июле 1714 г. СК 1708 - 1725. URL: >>>>

37. См.: Артикул воинский с кратким толкованием. № 3006. С. 318 - 382. ПСЗ РИ. Собр. 1-е. СПб., 1830. Т. V. 1713 - 1719 гг. URL: >>>>

38. См.: Книга Устав морской: о всем, что касается доброму управлению, в бытности флота на море / Напечатася повелением Царского Величества. Кн. пятая «О штрафах». Арт. 73. СПб., 1778. URL: >>>>
47 Некоторые исследователи петровские уставы 1716 и 1720 гг. как по широте замысла, так и по богатству содержательной части вполне обоснованно считали лучшими и самыми передовыми воинскими уставами рассматриваемого исторического периода. По мнению большинства историков, русская военная мысль, отраженная в уставах, наставлениях и инструкциях, находилась на уровне лучших мировых образцов39.
39. См.: Российский военный сб. Вып. 10. Военное законодательство Российской империи (Кодекс Русского Военного Права) / сост. В.Ю. Кудейкин, А.Е. Савинкин. С. 24, 25, 39.
48 Кодификационная работа Петра I привела не только к созданию первого в истории России систематического военного законодательства, но она выявила и принципиальные идеи российского военного права, наложившие отпечаток на все его последующее развитие.
49 К петровским временам восходит и зарождение «права войны», т.е. определенных правил ведения боевых действий, а также «гуманитарных норм», не допускающих озлобления и ненависти между воюющими сторонами и смягчающих (ограничивающих) бедствия и произвол во время военных действий. Российская военная мысль одной из первых осознала необходимость установления правовых запретов на неограниченное применение военной силы. С самого начала существования регулярной армии в России она рассматривалась и воспитывалась как христолюбивое, дисциплинированное войско, которое действует на основе требований военного права, ведет справедливые войны, проявляет милосердие и великодушие к побежденным, не допускает коварства, вероломства, зверств и насилия к военнопленным и раненым воинам противника, т.е. соблюдает все законы и обычаи войны, освященные авторитетом веков. Зародившись в качестве обычаев и традиций, свое законодательное закрепление указанные принципы получили в Воинских артикулах Петра I.
50 В послепетровский (дооктябрьский) период (1725—1917 гг.). характерной особенностью развития отечественного военного законодательства является активная работа по его систематизации.
51 С конца XVIII в. в военно-законотворческой деятельности широкое применение получила практика создания хронологических сводов военных узаконений. В России в указанный период издавались:
52 Собрание приказов по военному ведомству (с 1788 по 1821 г.), 26 томов;
53 Собрание законов и постановлений, «до части военного управления относящихся» (с 1816 по 1827 г.), 12 томов;
54 Сборник приказов Военного Министра (с 1839 по 1878 г.), 51 том;
55 Сборник приказов по военному ведомству (с 1869 по 1917 г.), 52 тома;
56 Свод штатов военно-сухопутного ведомства;
57 Циркуляры Главного штаба и Главных управлений;
58 Приказы по Генеральному штабу и Главному управлению Генерального штаба;
59 Правила о форме одежды для генералов, штаб- и обер-офицеров;
60 Расписания сухопутных войск;
61 Высочайшие приказы о чинах военных.
62 В XIX в. наиболее важным направлением развития отечественной правовой системы, включая военное право, явилось осуществление его кодификации. В 1826 г. статс-секретарь М.М. Сперанский представил императору Николаю I предложения по осуществлению систематизации существующего законодательства на основе Соборного уложения 1649 г.
63 В основание нормативно-правовой базы Российской Империи были положены два сборника законодательных актов: «Полное собрание законов Российской империи» (далее – ПСЗ РИ) и «Свод законов Российской Империи».
64 В ПСЗ РИ собирались в хронологическом порядке все вышедшие от лица верховной власти правовые акты, как действующие, так и утратившие силу. Собрание 1-е ПСЗ РИ (1830 г.) включило более 30 тыс. законодательных актов. Собрание 2-е выходило ежегодными выпусками с 1830 по 1884 г. и составило 55 томов, в которые вошло более 60 тыс. актов. В Собрании 3-м (1885 - 1916 гг.) в 33 томах представлено более 40 тыс. актов.
65 В отличие от ПСЗ РИ в Своде законов Российской империи включались только действующие акты. Его первое издание, объединяющее 15 томов, вышло в 1832 г. Впоследствии указанный Свод постоянно дополнялся и изменялся.
66 В Свод законов Российской империи были включены также и законы, имеющие значение для правового регулирования военного строительства:
67 том 1 (ч. 1) включал основные государственные законы;
68 том 4 содержал акты об учреждении органов верховного и центрального управления (Государственного Совета, Государственной думы, Сената, Совета Министров и т.д.), а также Устав о воинской повинности;
69 в т. 16 вошли: Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия; Правила временного содействия войск гражданским властям для охраны порядка и общественного спокойствия; Правила о воспрещении военнослужащим принимать участие в политических партиях и собраниях; Правила для взаимных отношений гражданских и военных властей; Судебные уставы.
70 Начиная с 1863 г. появляется новый периодически обновляемый источник — Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате.
71 Полный свод законов Российской империи, Свод законов Российской Империи, а затем и Собрание узаконений стали источниковой базой для составления и систематизации Свода военных постановлений — основного издания военного законодательства Российской Империи XIX в.
72 Первый Свод военных постановлений появился в 1838 г. В январе 1869 г. была утверждена новая программа Свода. Свод военных постановлений 1869 г. разделялся на шесть частей: ч. 1 — Военные управления; ч. 2 — Войска регулярные; ч. 3 — Войска иррегулярные; ч. 4 — Военные заведения; ч. 5 — Военное хозяйство; ч. 6 — Уставы военно-уголовные. Каждая из указанных частей объединяла несколько книг общим количеством 24. Изменения и дополнения в Свод вносились ежегодными сборниками приказов по военному ведомству.
73 В рассматриваемый период совершенствуется и «право войны». Определение законов и обычаев войны стало осуществляться уже не на односторонней основе, а путем заключения Россией двусторонних и многосторонних международных соглашений. Война начинает превращаться из политического явления и акта вооруженной борьбы в юридический процесс, в котором нормы права все больше определяют способ ее ведения, лицо и характер и тем самым создают предпосылки для обеспечения прочного мира40.
40. См.: Российский военный сб. Вып. 10. Военное законодательство Российской империи (Кодекс Русского Военного Права) / сост. В.Ю. Кудейкин, А.Е. Савинкин. С. 387.
74 В XIX - ХХ вв. Россия активно участвует во всех международных форумах того времени по вопросам обычаев и законов войны (Женевская конференция 1864 г., Санкт-Петербургская конференция 1868 г., Брюссельская конференция 1867 г., Гаагские конференции 1899 и 1907 гг.). На основании этих соглашений был составлен «Наказ Русской армии о законах и обычаях сухопутной войны», высочайше утвержденный 14 июля 1904 г. 27 апреля 1912 г. этот Наказ был включен в качестве приложений к Уставам полевой службы 1904 и 1912 гг.
75 Одновременно с совершенствованием формы российского военного законодательства путем его кодификации в XIX в. появляются систематические исследования теоретических аспектов военного права. Впервые вводится в научный оборот и само понятие «военное право». Один из первых российских военных ученых, широко использовавших данное понятие в своих научных работах, - П.О. Бобровский41, исследовавший историю отечественного и зарубежного военного права.
41. См.: Бобровский П.О. Развитие способов и средств для образования юристов военного и морского ведомств в России: историческое исследование: в 2 т. СПб., 1882—1898. Т. 2. Военное право в России при Петре Великом: Артикул Воинский с объяснениями, заметками и цитатами по иностранным источникам; Его же. Состояние военного права в России в XVII столетии. М., 1882; Его же. Зачатки реформ в военно-уголовном законодательстве в России. СПб., 1882; Его же. Характеристика военного процесса и главнейшие системы военного права в Западной Европе в XVII в. СПб., 1882; Его же. Беседы о военных законах Петра Великого. СПб., 1890.
76 Замечательный русский военный историк , генерал-лейтенант , экстраординарный академик Н.Ф. Дубровин в рецензии на книгу П.О. Бобровского42 в феврале 1887 г. отмечал: «Петр I и его сотрудники положили начало науке военного права, дотоле неизвестной в России. Военно-уголовного кодекса, подобного Артикулу по полноте и даже гуманности, не встречается ни в одном из современных Петру государств».
42. См.: Бобровский П.О. Состояние военного права в Западной Европе в эпоху учреждения постоянных войск (XVI, XVII и начало XVIII века): историческое исследование. СПб., 1881.
77 Военное право как отрасль юридической науки изучается со второй половины XIX в. На Западе одна из первых попыток разработки теории военного права была предпринята немецким профессором Л. фон Штейном43.
43. Штейн фон Л. Указ. соч.
78 Профессор Александровской военно-юридической академии А.М. Добровольский, определяя сущность и содержание науки военного права, отмечал, что нормы, которые регулируют жизнь армии, в своей совокупности конструируются в особую отрасль права — военное право, которое включает в себя военно-административное, военно-уголовное и военно-судебное право44. Особенности военного права он связывал с тем, что эти нормы права, хотя и являются тесно связанными с нормами общегосударственными как часть с целым и подчиняются одной и той же идее государственного правопорядка, но организуются в особую систему соответственно назначению армии и особенностям ее внутреннего быта и деятельности45. По А.М. Добровольскому, военно-административное право — это наука о правовых нормах, определяющих устройство, организацию, комплектование армии и снабжение ее всем необходимым, а также устройство, компетенцию и деятельность органов военной власти.
44. См.: Добровольский А.М. Военное право // Военная энциклопедия: в 18 т. / под ред. В.Ф. Новицкого, А.В. фон Шварца [и др.]. СПб., 1911. Т. 1. С. 150 - 153.

45. Весьма показательно особенности воинской деятельности представлены в издании: Баиов А.К. История русского военного искусства. М., 2020 (Полное издание в одном томе).
79 Развитию теоретических основ военно-правовой науки в XIX в. способствовало появление учебных изданий по военной администрации46 и военному законодательству47, систематизированных сборников военно-правовых актов с комментариями48. В начале ХХ в. развитие теории военного права связано с именами А.П. Грекова49, А.М. Добровольского50, П.Ф. Заусцинского51, П.Л. Лобко52, А.С. Лыкошина53, В.А. Томашевича54, М.М. Шуцкого55 и др.
46. См.: Зайцев И.М. Курс военной администрации. М., 1867. Вып. 1; Лацинский А. Очерки военной администрации. СПб., 1881; Лузанов П. Конспект лекций по военно-административным законам. СПб., 1887.

47. См.: Михайлов М.М. Военные законы. СПб., 1861; Рождественский Н.Ф. Руководство к военным законам. СПб., 1853.

48. См.: Сборник постановлений о пенсиях и единовременных пособиях за службу по военно-сухопутному и гражданскому ведомствам всех министерств с изменениями и дополнениями, обнародованными по 1 июля 1873 года. С прил. особо сост. табл., определяющей оклады и количества пенсий / сост. и изд. А. Веденеевым. М., 1874; Справочная книга для офицеров и чинов военного ведомства (Загл. обл. 1-го и во 2-м изд.) / сост. Г.Х. Дмитриев. СПб., 1885; Права военнослужащего как воина и как гражданина (По 1-е окт. 1887 г.) / сост. А.А. Наумов. СПб., 1888.

49. См.: Греков А.П. Правовое положение армии в государстве. СПб., 1908.

50. См.: Добровольский А.М. Военно-административное право. СПб., 1909; Его же. Особенности правового положения военнослужащих в области публичного права. СПб., 1913.

51. См.: Заусцинский П.Ф. Указ соч.

52. См.: Лобко П.Л. Записки военной администрации. СПб., 1908.

53. См.: Лыкошин А.С. Учебник законоведения для военных и юнкерских училищ. СПб., 1902.

54. См.: Томашевич В.А. Учебник законоведения для военных училищ. СПб., 1911.

55. См.: Шуцкий М.М. Учебник законоведения для кадетских корпусов. СПб., 1911.
80 На основании всестороннего анализа роли и места военного законодательства в правовой системе Российского государства в научных работах указанных авторов сделан вывод о том, что для современного государства необходимы специальные военные законы, «имеющие всегда стремление определить выгоднейшие способы устройства и поддержания единства и силы армии, а также выгоднейшие способы ее действий»56, образующие военное право как «совокупность юридических норм, регулирующих жизнь и деятельность войска»57. Разрешен и вопрос о соотношении военного права с другими отраслями российского права. Так, российский генерал немецкого происхождения Н.К. Ренненкампф относит военное право, под которым он подразумевает собственно военную администрацию, к числу составных частей государственного права58. Той же точки зрения придерживается Л. фон Штейн59.
56. Зайцев И.М. Указ. соч. С. 268.

57. Заусцинский П.Ф. Указ. соч. С. 359.

58. См.: Ренненкампф Н.К. Очерки юридической энциклопедии. 2-е изд., испр. и доп. Киев, 1880. С. 185.

59. См.: Штейн фон Л. Указ. соч. С. 6, 7.
81 Советский период (1917—1992 гг.) отечественной истории ознаменован дальнейшим развитием как теории военного права, так и практики его реализации применительно к кардинально изменившимся политическим условиям. Поскольку все законодательство царской России было признано недействующим, с первых лет советской власти была организована работа по созданию нового, советского, законодательства. Его характерная особенность - повышенная идеологизированность, официальное законодательное закрепление принципа руководящей роли Коммунистической партии в военном строительстве.
82 Изменения в государственном строе социалистической России явились причиной отказа от системы буржуазного права, результатом чего стало создание системы советского социалистического права, основанного на отраслевом делении. Военные научные исследования советского периода находились в общей парадигме развития юридической мысли о системе права своего времени.
83 Поиск концепций военно-правовых исследований активизировался с изданием Приказа НКО от 11 мая 1936 г. № 80, на основании которого при Всесоюзной правовой академии был создан военно-юридический факультет РККА. С 1 июня 1938 г. действовал на правах академии. Приказом НКО от 5 марта 1940 г. № 47 факультет был реорганизован в Военно-юридическую академию Красной Армии. Готовила специалистов-правоведов для Вооруженных Сил60.
60. См.: Российский государственный военный архив. Ф. 34735. 24 ед. хр., крайние даты: 1936 - 1940.
84 Дискуссии о самостоятельности отрасли военного права и его признаках ведутся с 40-х годов прошлого века в рамках первой (1938–1940 гг.)61 и второй (1955–1958 гг.)62 научных дискуссий о системе права, в ходе которых ученые пришли к понимаю, что предмет и метод правового регулирования есть основные отраслеообразующие признаки отрасли права63.
61. См.: Первая научная конференция Военно-юридической академии Красной Армии. 9–11 мая 1940 г. // Труды Военно-юридической Академии Красной Армии. М., 1940.

62. См.: Материалы сессии Совета Военно-юридической академии, посвященной теоретическим вопросам советского военного законодательства, 14–15 апреля 1954 / отв. ред. А.И. Лепешкин. М., 1954; Труды Военно-юридической Академии. М., 1956. Т. XXIII.

63. См.: Система права: история, современность, перспективы / под ред. Т.Н. Радько. М., 2020. С. 25 - 65.
85 Попытки обосновать военное право как отрасль права предпринимались не раз. В их разработке принимали участие такие видные ученые, как С.Н. Братусь, А.А. Герцензон, В.Н. Кудрявцев, А.Е. Лунев, В.Г. Стрекозов, С.С. Студеникин, В.М. Чхиквадзе и др. Методологические и общетеоретические проблемы военного права неоднократно рассматривались на научных конференциях и сессиях совета Военно-юридической академии (1940, 1954 и 1956 гг.), обсуждались на страницах журнала «Государство и право»64 и других изданий65.
64. Материалы «круглого стола» «Военное право: состояние и перспективы развития» // Государство и право. 1994. № 8–9; Кудашкин А.В., Серегин Н.С. Материалы научно-практической конференции, проведенной 21 апреля 2004 г. в Военном университете, на тему «Современное состояние военного права и его влияние на национальную безопасность Российской Федерации» // Государство и право. 2005. № 1.

65. См., напр.: Кудашкин А.В., Кроткова Н.В. Современное состояние военного права и его влияние на национальную безопасность Российской Федерации (Материалы научно-практической конференции) // Право и государство: теория и практика. 2004. № 1.
86 По мнению В.М. Чхиквадзе, военное право – это совокупность норм, регулирующих отношения в области устройства, комплектования, жизни, быта и деятельности армии66.
66. См.: Чхиквадзе В.М. Военно-уголовное право: дис. … д-ра юрид. наук. М., 1946. Диссертация защищена на основании учебника: Чхиквадзе В.М. Военно-уголовное право. М., 1946. Основные результаты исследования приведены по стенограмме заседания Ученого совета Всесоюзного института юридических наук Минюста СССР от 25 ноября 1946 г. по защите диссертации В.М. Чхиквадзе (см.: Труды Военно-юридической академии Красной Армии. М., 1947. Вып. VI. С. 173–182); см. также: Герцензон А. Рец. на учебник В.М. Чхиквадзе (см.: там же. С. 149–161).
87 В ходе дискуссии В.Н. Кудрявцев обратил внимание на объективность исторических условий, в которых создаются отрасли права и соответствующие дисциплины, указав, что «не случайно, что военно-правовые вопросы стали получать развитие именно в 40-х годах и в период Отечественной войны»67.
67. Труды Военно-юридической Академии Красной Армии. М., 1940. С. 120–125.
88 Известный теоретик права М.А. Аржанов, участвовавший в Первой научной конференции Военно-юридической Академии Красной Армии (9 - 11 мая 1940 г.), отмечал, что «не согласен с тем, что могут быть какие-то принципиальные возражения против военного права, как отдельной области права. Мы не можем категорически возражать против выделения такой области, а будем рассматривать ее в системе всех других отраслей права. Можно и должно создавать, если это практически необходимо и целесообразно, новые отдельные отрасли… права»68.
68. Там же. С. 49.
89 В ходе первой дискуссии (1940 г.) по проблеме отрасли военного права был сделан вывод о том, что по состоянию на 1939–1940 гг. имелось довольно развитое специфичное законодательство, регулирующее военные отношения (военное законодательство), существовали многочисленные военно-правовые нормы и военно-правовые институты, в государстве присутствует специфическая область отношений, связанных с его военной деятельностью (военные отношения), которые после регулирующего воздействия на них приобретают качество правоотношений, в совокупности образующих самостоятельную отрасль в системе советского права - военное право; структуру советского военного права составляют военно-административное, военно-уголовное и военно-судебное право, являющиеся его подотраслями; была поставлена задача научного поиска таких доказательств и разработки общей теории военного права.
90 В 50–60-х годах XX в. дискуссия о системе советского права была продолжена, но сосредоточилась только на прикладных проблемах военного права и исследовании его отдельных институтов. В то же время был сделан вывод о существовании самостоятельной отрасли военного права и наличии как специфического особого предмета, так и особого метода регулирования военных отношений.
91 Постсоветский период (1992 – по н.в.) характеризуется следующим.
92 Большинство современных ученых и авторов отмечают, что понятие «военное право» является полисемичным (от греч. polysemos — многозначность), т.е. может трактоваться в разных смыслах: как отрасль права, как правовая наука и как учебная дисциплина (учебный курс).
93 Как наука, проведение исследований военно-правовых проблем продолжалось в рамках различных научных отраслей права, так и специальной – «Военное право, военные проблемы международного права»; были защищены десятки докторских и сотни кандидатских диссертаций69.
69. На текущий момент по научной специальности «20.02.03: Военное право, военные проблемы международного права» защищено 624 диссертации, из которых 48 докторских (см.: Корякин В.М. Военное право: антология диссертаций: в 2 т. М., 2011).
94 Несмотря на отсутствие официального признания, издавалось немало учебников и учебных пособий по военному праву70.
70. См., напр.: Военное право: учеб. / под ред. Н.И. Кузнецова. М., 1996; Котляров И.Г. Военное право: учеб. / под ред. Г.А. Золотухина. М., 1997; Мигачев Ю.И. Военное право: учеб. / Ю.И. Мигачев, С.В. Тихомиров. М., 2005; Военное право: учеб. / под ред. В.Г. Стрекозова, А.В. Кудашкина. М., 2004; и др.
95 Однако вполне очевидно, что проблема легализации военного права лежит в сфере признания его самостоятельной отраслью права.
96 Ситуация с развитием военного права по современному состоянию следующая:
97 теория военного права не разрабатывается, в т.ч. не идентифицированы предмет и метод правового регулирования, однозначно показывающие его специфику, принципы и функции, не определено место военного права в системе российского права;
98 развитие военного законодательства, а также складывающаяся на его основе правоприменительная практика значительно опережают теоретические военно-правовые исследования. Теория российского военного права явно отстает от реальных запросов государственно-правового и военного строительства и одновременно не соответствует требованиям текущей геополитической ситуации и запросам правового обеспечения деятельности военной организации как в России, так и в странах НАТО и их союзников. Таким образом, текущая ситуация выдвигает требование к корректировке парадигмы военного права – интенсификация правовых исследований по новым направлениям71.
71. См.: Кудашкин А.В. Есть ли место новой парадигме военного права? // Право в Вооруженных Силах – Военно-правовое обозрение. 2020. № 12. С. 87.
99 Актуальными задачами, имеющими как теоретическое, так и современное прикладное значение, являются:
100 системное исследование военного права как отрасли военного права с позиций выработанных современной правовой наукой критериев, опосредующих отдельные отрасли права;
101 исследование элементов структуры военного права (предмет, методы, принципы, функции) и отдельных институтов (военная организация государства и его правовое положение, правовое обеспечение боевых действий, военная служба, военнослужащий и др.);
102 определение направлений развития правового регулирования в сфере военной деятельности государства, в новых сферах и областях (в космическом пространстве, киберсфере, систем вооружения с искусственным интеллектом и др.).
103 Предмет и метод правового регулирования военного права
104 Наиболее часто в юридической литературе встречается определение военного права как системы установленных государством военно-правовых норм, закрепляющих формы устройства и принципы функционирования военной организации государства и обеспечения его военной безопасности, регулирующих отношения в области строительства и комплектования Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов, их материально-технического обеспечения, жизни, быта, деятельности и определяющих порядок прохождения военной службы, а также статус (права, обязанности и ответственность) военнослужащих и других участников воинских правоотношений.
105 Несколько более широкий круг отношений Большая Российская энциклопедия включает в понятие «военное право», согласно которому военные правоотношения делятся на несколько групп: отношения в сфере военного строительства; в сфере управления военной организацией государства и её всестороннего обеспечения; отношения, связанные с исполнением воинской обязанности , поступлением на военную службу по контракту, прохождением военной службы, а также статусом военнослужащих; отношения, связанные с поддержанием воинской дисциплины, законности и правопорядка, деятельностью органов военной юстиции ; отношения, регулируемые нормами международного права, связанные с вопросами военного сотрудничества, а также ответственности за нарушение норм международного гуманитарного права72.
72. См.: URL: >>>>
106 Данные определения, претендуя на универсальное, тем не менее не дают ответа на самый сущностный вопрос - что же такое военное право, какова специфика предмета и метода правового регулирования, которые позволяют идентифицировать военное право как самостоятельную отрасль системы российского права. Такое положение дел обусловлено предшествующими этапами развития военного права, которые характеризовались отсутствием системных исследований теории военного права, что не может удовлетворять современным потребностям развития военной организации и военной деятельности Российского государства.
107 К поиску ответа на вопрос, что входит в предмет правового регулирования военного права, юристы обращались неоднократно, отмечая при этом, что общим предметом военного права являются относительно однородные общественные отношения, складывающиеся в области военной деятельности государства, сгруппированные следующим образом:
108 I. Общественные отношения, складывающиеся в сфере обеспечения обороны страны и безопасности государства военными методами, подготовки и применения в этих целях всех элементов военной организации государства; военного строительства; управления военной организацией государства и ее всестороннего обеспечения.
109 II. Отношения, связанные с исполнением воинской обязанности, поступлением на военную службу по контракту, прохождением военной службы, а также статусом военнослужащих.
110 III. Отношения, связанные с поддержанием воинской дисциплины, законности и правопорядка, деятельностью органов военной юстиции.
111 IV. Отношения, регулируемые нормами международного права, связанные с вопросами военного сотрудничества, а также ответственности за нарушение норм международного гуманитарного права.
112 Все перечисленные отношения охватываются понятием «воинские отношения», или «военные отношения»73, которые преимущественно складываются в сфере исполнительной власти. Преобладание административно-правовых моментов в регулировании наиболее характерно для второй и третьей групп воинских отношений, но также имеет место и в других группах, что является особенностью правового регулирования военной деятельности в государстве. В то же время военные отношения, относящиеся к первой группе, регулируются также нормами конституционного (государственного) права, а к четвертой — международного права. Однако такого алгоритма рассуждений явно недостаточно, чтобы делать вывод о самостоятельности отрасли военного права.
73. Термины «воинские отношения» и «военные отношения» обычно употребляются в качестве синонимов, однако все-таки они дифференцированы. Военные отношения – это вся совокупность отношений, связанных с военной деятельностью государства, в то время как «воинские отношения» связаны прежде всего с исполнением военной службы, т.е. они соотносятся как общее и частное.
113 Исследуя военное право, начинать нужно с актуального анализа правовых понятий «война» и «вооруженный конфликт», правовых механизмов ограничения применения новых средств вооруженной борьбы, современного понятия «комбатант» и иных участников вооруженного конфликта и др.
114 Традиционно главной чертой войны является вооруженная борьба, осуществляемая специально создаваемым и развиваемым особым институтом – вооруженными силами. Современные войны тесно переплетаются с невоенными средствами и формами противоборства, что, безусловно, сказывается на способах ведения вооруженной борьбы. Среди видов отношений между государствами (и негосударственными субъектами мировой политики) значительное место занимает принуждение, самая радикальная форма которого - военное насилие74.
74. См.: Кокошин А.А. Указ. соч. С. 7, 8.
115 Реалии таковы, что понимание вооруженного противоборства в современных условиях вышло за традиционные рамки, и для современного миропорядка является не характерным ведение классических войн. Современное понятие «вооруженный конфликт» отличается от традиционного понятия «война». Сегодня мир оперирует понятиями «непреднамеренная ядерная война», «гибридная война», «мятежевойна», в соответствии с которой традиционное военное противостояние дополняется гражданской войной и деятельностью преступных организаций.
116 Министр обороны США заявляет о планах подготовки к ведению «опосредованной и гибридной» войны с Россией, в т.ч. гибридных боевых действий и боевых действий в «серой зоне», которые смещают центр стратегического соперничества на уровень ниже, чем прямой вооруженный конфликт. Указанные термины не имеют на текущий момент официального определения, как впрочем и не исследовано их правовое содержание, что допускает их свободную в политических целях трактовку. Появление новой терминологии, претендующей на доктринальный характер использования, требует тщательного правового изучения75.
75. См.: Савенков А.Н. Указ. соч. С. 162–164.
117 Правовое оформление начала и окончания войны (вооруженного конфликта) имеет принципиальное значение, поскольку война есть не только сражение или военное действие, а промежуток времени, в течение которого явно складывается воля к борьбе путем сражения76. В современной интерпретации следует отметить, что именно период войны дает возможность задействовать правовые механизмы сдерживания агрессии, а в случае ее начала – применять правила ведения боевых действий и способы защиты ее участников и жертв посредством реализации комплекса мер, предусмотренных международным гуманитарным правом. Однако не очевидной является именно правовая квалификация начала и окончания современных вооруженных конфликтов.
76. См.: Гоббс Т. Лефиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Гоббс Т. Избр. произв.: в 2 т. М., 1965. Т. 2.
118 Изменяются также классические театры военных действий. Растущее значение средств космического базирования и внедрения кибероружия вносит нормативную неопределенность в современные конфликты. Вооруженное противостояние на наземных театрах военных действий, в воздушном и морском пространствах в обозримом будущем может переместиться в околоземное космическое пространство, которое уже сейчас весьма милитаризовано за счет военных спутников разведки, целеуказания, связи и т.д.
119 Академик А.Г. Арбатов считает, что вероятная гонка космических вооружений угрожает серьезной дестабилизацией стратегической обстановки, ростом угрозы вооруженного конфликта и его быстрой эскалации к ядерной войне77.
77. См.: Арбатов А.Г. Ускользающая материя (предотвращение гонки вооружений в космическом пространстве) // Мировая экономика и международные отношения. 2019. Т. 63. № 1. С. 10.
120 Государства вооружаются и перевооружаются как будто на пороге больших событий. Космос уже стал ареной гонки вооружений и будущей «областью военных действий»78. Ведущими государствами мира уже созданы в составе вооруженных сил космические подразделения. 29 августа 2019 г. создано Космическое командование в составе Министерства обороны США (SPACECOM) и планируется создание нового вида Вооруженных сил – космические войска. 7 сентября 2019 г. Космическое командование (CDE) в составе Военно-воздушных сил создано во Франции.
78. Савенков А.Н. Указ. соч. С. 263, 264, 274, 275.
121 Как справедливо отмечает А.А. Кокошин, международно-правовые договорные ограничения в этой области практически отсутствуют79.
79. См.: Кокошин А.А. Указ. соч. С. 82.
122 Большую роль начинает играть информационное противоборство. Уже в ближайшей перспективе борьба в этой сфере по своей значимости и степени влияния на ход и исход военного конфликта существенно потеснит, а в последующем и отодвинет на задний план традиционное «физическое противоборство». Для российского военного командования уже сейчас очевидно, что информационная сфера становится доминирующей в войне; главной целью войны станет установление контроля над сознанием людей; возрастет роль и значение несмертельного оружия; ассиметричный характер вооруженного конфликта; для России останутся актуальными три типа противника (высокоразвитые вооруженные силы, традиционные вооруженные силы и иррегулярные формирования)80.
80. См.: Вооруженные силы ведущих государств НАТО на рубеже 2020–2025 гг. / В.Н. Богданов и др. М., 2016. С. 241, 350.
123 Новым театром военных действий как на национальном уровне, так и на уровне международных организаций, в частности НАТО, признано киберпространство. Киберпространство напрямую связано с военной стратегией, оперативным искусством, тактикой. Боевые кибероперации могут быть сопряжены с другими видами ведения боевых действий, кибероружие может быть использовано для поражения личного состава и уничтожения людей. Борьба в киберпространстве идет и в мирное, и в военное время, что вносит существенный вклад в смешение традиционных представлений о состоянии войны и мира81. Проблемы кибервойны действительно могут оказать воздействие на стратегические отношения держав82.
81. См.: Кокошин А.А. Указ. соч. С. 92–94.

82. См.: Арбатов А.Г. Вооружения и дипломатия (Новые технологические факторы и будущее системы контроля над вооружениями) // Мировая экономика и международные отношения. 2020. Т. 64. № 6. С. 16.
124 Проблема агрессивного использования киберпространства в политических и военных целях начинает ощущаться особенно остро в условиях значительной напряженности международной обстановки и отсутствия прочного международно-правового фундамента, который мог бы способствовать разрядке ситуации, а механизмы, существующие в рамках двусторонних соглашений, не используются. При таких условиях в случае значительной кибератаки решение об ответных действиях – соразмерной кибератаке или использовании других видов вооружений – может быть принято незамедлительно83.
83. См.: Савенков А.Н. Указ. соч. С. 272 - 275.
125 Новые риски появляются с принятием на вооружение новых видов оружия и систем вооружения. Прежде всего речь идет об использовании преимуществ новых систем вооружения на основе искусственного интеллекта. Влияние на стратегическую стабильность со стороны искусственного интеллекта не предсказуемо84.
84. См.: Арбатов А.Г. Ускользающая материя (предотвращение гонки вооружений в космическом пространстве). С. 20.
126 В США принята Интегрированная «дорожная карта» развития безэкипажных систем на период 2009–2034 гг., которая предусматривает разработку и внедрение в войска к концу этого срока более 170 типов боевых и обеспечивающих наземных роботов.
127 В связи с постепенным увеличением с течением времени автономии систем вооружений, особенно в таких «критически важных функциях», как выбор и поражение цели, Международный Комитет Красного Креста (МККК) предложил в отношении их в качестве обобщающего понятия использовать термин «автономные системы вооружения», который охватывал бы любые виды систем оружия, автономно действующие в воздухе, на суше или на море и самостоятельно выполняющие «критически важные функции» – выбирать (т.е. осуществлять поиск или обнаруживать, выявлять, отслеживать и выбирать) и поражать (т.е. использовать силу, нейтрализовать, наносить ущерб или уничтожать) цели без участия человека85.
85. См.: Доклад «Международное гуманитарное право и вызовы современных вооруженных конфликтов» на XXXII Международной конференции Красного Креста и Красного Полумесяца в Женеве 6–10 декабря 2015 г. Женева, 2015. С. 79–81.
128 Тема автономных систем вооружения или боевых автономных роботизированных систем (БАРС, англ.: LARS или LAWS, Lethal Autonomous Weapon Systems), также известных как смертоносные автономные системы (SAS), рассматривается международными межправительственными организациями с апреля 2013 г., когда на площадке Совета по правам человека ООН был публично на международном уровне поставлен вопрос о потенциальных угрозах БАРС для жизни и здоровья людей в условиях войны, международной безопасности, а также перспективах распространения на БАРС международно-правовых норм, регулирующих применение различных вооружений. Доклад стал отправной точкой для дальнейшего развития дискуссии об автономных боевых роботах, соотношении БАРС и систем с искусственным интеллектом (ИИ), а также перспективах интеграции сервисов и платформ с ИИ в системы вооружений на площадках МККК, Института по исследованию проблем разоружения ООН (ЮНИДИР), других международных организаций, а тема ограничения БАРС была перенесена из формата Совета по правам человека ООН в рамки работы над механизмом Конвенции о конкретных видах обычного оружия, в результате чего на 5-й Обзорной конференции Конвенции 12–16 декабря 2016 г. участники приняли решение учредить Группу правительственных экспертов ООН по БАРС 86.
86. См.: Доклад Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях Кристофа Хейнса. URL: >>>>
129 В числе правовых проблем применения автономных систем вооружения, построенного на принципах ИИ, следует отметить отсутствие механизма юридической ответственности за вред, причиненный в результате их использования, в т.ч. проблемы с определением ответственных лиц в случае неправомерных действий автономных аппаратов (насколько юридически состоятелен такой термин, предстоит исследовать); международно-правовая регламентация боевого применения автономных систем вооружения.
130 Известный теоретик военной науки А.К. Баиов в 1933 г. указывал, что поведение армии на войне должно отвечать правовым нормам87. Следующая группа проблем сопряжена с «проникновением» права в область военной деятельности, связанную с ведением вооруженными силами боевых действий. Следует отметить, что по данным вопросам практически не проводились правовые исследования российской правовой наукой, что делает данную область наиболее приоритетной для науки военного права.
87. Цит. по: Российский военный сб. Вып. 10. Военное законодательство Российской империи (Кодекс Русского Военного Права) / сост. В.Ю. Кудейкин, А.Е. Савинкин. С. 419.
131 Почему эти вопросы предметно не исследовались ранее? Как справедливо замечает А.А. Кокошин, глубинные причины изолированности в нашей стране военной науки от общественных наук в целом в определенной мере следует искать в исключительно высоком уровне секретности, которым характеризовалась весьма значительная часть направлений деятельности в военной сфере88. По-видимому, также действовала негласная установка, согласно которой право не должно вторгаться в сугубо военную сферу – военное планирование, военную стратегию, порядок ведения боевых действий и т.д. Но времена меняются, и именно сейчас правовые исследования в сугубо военной (боевой) области военных отношений особенно актуальны.
88. См.: Кокошин А.А. Указ. соч. С. 30.
132 К этой области относятся отношения по оперативно-тактическому управлению войсками. Данная область отношений традиционно выходила за пределы компетенции правовой науки и относилась к военным наукам (тактика, оперативное искусство, стратегия). Однако командная деятельность построена на праве, она протекает на основе и во исполнение законов и других правовых актов. Задача правовой науки, не вторгаясь в компетенцию командира на поле боя в принятии им конкретного решения о боевом применении подчиненных войск, не нарушая его самостоятельности как единоначальника, установить границы, за пределами которых для него может наступить ответственность.
133 По распространенному мнению ученых-юристов, такую задачу решают нормы международного гуманитарного права89. Однако только имплементация последнего в национальное законодательство позволяет говорить о наличии действенного правового регулирования боевой деятельности вооруженных сил и любых воинских подразделений. Запрет использования средств и методов ведения военных действий, способных причинить излишние страдания или повреждения, должен быть закреплен в военных руководствах, а его нарушение криминализовано национальным законодательством.
89. См.: Тиунов О.И. Международное гуманитарное право. М., 1999. С. 148, 149, 274.
134 Нормы международного гуманитарного права, имплементированные в российское военное законодательство, уже стали частью российской правовой системы, а нормы, разработанные на их основе, регулирующие конкретные правила планирования и ведения боевых действий, в совокупности образуют подотрасль военного права России – право вооруженных конфликтов, содержание которого составляют отношения, направленные на решение боевых задач средствами и методами вооруженной борьбы, связанные с исключительной опасностью как для личности военнослужащего (жизнь и здоровье индивидуального субъекта), так и для коллективных субъектов (воинских подразделений и военных организаций), а также государства.
135 Право вооруженных конфликтов включает следующие отношения:
136
  1. применение Вооруженных Сил, войск (сил), соединений и частей Вооруженных Сил в боевых действиях;
137
  1. средства и методы ведения вооруженных конфликтов (боевых действий);
138
  1. управление Вооруженными Силами, войсками (силами), частями (подразделениями) при подготовке их к боевым действиям (бою) и руководство ими при выполнении боевых задач;
139
  1. применение соединений и частей Вооруженных Сил в бою и правила огневого поражения противника.
140 Право вооруженных конфликтов образуют нормы, регулирующие следующие вопросы (стадии боевой деятельности):
141 по обороне и отходу войск (соединений и частей);
142 по наступлению и преследованию противника;
143 по встречному бою, бою в окружении и выходу из окружения;
144 по режиму военного плена;
145 по десантированию и ведению боевых действий;
146 по комендантской службе и правовому режиму комендантского часа в период военного положения;
147 по ведению боя в населенном пункте;
148 по режиму передвижения войск;
149 по режиму расположения войск и др.
150 Все перечисленные военные отношения входят в «ядро» военного права и составляют его специфический автономный предмет. Специфичными и не имеющими отношения к другим отраслям права являются отношения по обеспечению действий соединений и частей в вооруженном конфликте, а также видам боевого обеспечения (разведка, морально-психологическое обеспечение и др.).
151 Наступление фактических обстоятельств, порождающих соответствующие отношения, в случае их неурегулированности несет в себе риск безответственного применения боевых сил и средств, что может стать причиной совершения военных преступлений в ходе ведения боевых действий.
152 Современные вооруженные конфликты отличает неопределенность правового статуса отдельных его участников. В вооруженных конфликтах участвуют не только регулярные вооруженные силы, личный состав которых, участвующий в боевых действиях, приобретает статус комбатантов, урегулированный как международным гуманитарным правом, так и национальным законодательством.
153 В современных вооруженных конфликтах нередко принимают участие частные военные компании (ЧВК) - коммерческие организации, создаваемые для обеспечения или непосредственно для ведения боевых действий. ЧВК привлекаются к участию в вооруженных конфликтах для выполнения как невоенных функций (полицейские функции в зоне боевых действий, охрана военнопленных), отчасти военных (например, функции по материально-техническому обеспечению), а также могут привлекаться к ведению боевых действий. Для некоторых государств (США, Великобритания) монополия на использование вооруженной силы перестала существовать в абсолютной форме. Современные ЧВК действуют в сложной системе международных и внутренних правовых норм, договорных обязательств и мер саморегулирования. Однако общепризнанных международно-правовых основ регулирования в сфере деятельности ЧВК ныне не существует.
154 Следует отметить, что появление ЧВК не является чем-то новым. Наемнические профессиональные армии привлекались правителями государств к выполнению боевых задач с древних времен. Стоит вспомнить военные походы крестоносцев. Российская военная история также содержит упоминания о привлечении наемных боевых дружин в походы против Византии и не только90.
90. См.: Волков А.А. Ратные силы Древней Руси. М., 2017. С. 29.
155 Международное гуманитарное право оперирует понятиями «комбатант» и «некомбатант». Комбатант имеет «привилегию» или право применять вооруженную силу в отношении комбатантов противника в международных вооруженных конфликтах; кроме этого в отношении комбатантов действует запрет на нападение на гражданских лиц, которые не принимают участия в военных действиях. Однако следует констатировать, что нет однозначности в статусе комбатантов и некомбатантов в современных вооруженных конфликтах. Особенно актуален данный тезис в отношении немеждународных вооруженных конфликтов, поскольку договорные источники международного гуманитарного права, применимые в немеждународных вооруженных конфликтах, не просто не вводят статус комбатантов, они не содержат положений о том, кого считать сражающимися, и не раскрывают понятие «гражданские лица»91.
91. Русинова В.Н. Права человека в вооруженных конфликтах: проблемы соотношения норм международного гуманитарного права и международного права прав человека. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2017. С. 176 - 202.
156 Понятие, состав и правовое положение военной организации государства требуют дополнительных исследований, в т.ч. правовых, поскольку прослеживаются глубинные сущностные изменения. Военная организация государства – это совокупность органов государственного и военного управления, Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов, создаваемых на военное время специальных формирований (далее - Вооруженные Силы, другие войска и органы), составляющих ее основу и осуществляющих свою деятельность военными методами, и оборонно-промышленный комплекс страны, совместная деятельность которых направлена на подготовку к вооруженной защите и вооруженную защиту Российской Федерации92.
92. См.: Военная доктрина Российской Федерации (утв. Президентом РФ 25.12.2014 г. № Пр-2976) (п. 8) // Росс. газ. 2014. 30 дек.
157 Насколько соответствует современным реалиям легальное определение военной организации государства? Как уже было отмечено ранее, изменился характер вооруженных конфликтов; в них участвуют не только регулярные вооруженные силы, но и иные участники (иррегулярные вооруженные формирования, организованные вооруженные группы и др.). С одной стороны, вооруженные силы привлекаются для решения задач, выходящих за пределы их прямого функционального предназначения, например, для противодействия террористической угрозе (теракт в Париже в ноябре 2015 г. и в Брюсселе в марте 2016 г. и др., являющиеся элементом вооруженной борьбы экстремистов Исламского государства). С другой - следует отметить возможность привлечения для решения задач военной безопасности совместно с Вооруженными Силами РФ других государственных органов (полиции, Федеральной службы исполнения наказаний). В данном случае формальный состав военной организации государства расширяется за счет включения в нее (пусть и на временной основе) «невоенных» федеральных органов исполнительной власти в целях эффективного противодействия изменившим свой характер военным угрозам, т.е. военная организация в современных условиях характеризуется не статичной, а динамичной формой своего существования, однако правовое регулирование данной сферы отношений пока еще пробельно.
158 На повестке дня стоит актуальная задача по совершенствованию правового базиса деятельности Вооруженных Сил РФ и других составных частей военной организации государства, чтобы они отвечали современным потребностям страны и были способны решать задачи по локализации и нейтрализации как внешних, так и внутренних военных угроз. Становление оптимальной системы правового регулирования организации и функционирования государственных военных организаций, обеспечивающей баланс интересов государства и его граждан, по-прежнему остается одной из самых сложных задач в процессе формирования в России правового государства, взаимодействующего с гражданским обществом.
159 Одна из важнейших задач непрерывного процесса развития - приведение структуры, состава и численности компонентов военной организации в соответствие с задачами мирного времени, периода непосредственной угрозы агрессии и военного времени.
160 С учетом изложенных тезисов предмет военного права составляют следующие группы отношений:
161 понятие войны (вооруженного конфликта), порядок и поводы для ее объявления или отражения агрессии;
162 правовые основы ведения войны (вооруженных конфликтов);
163 формирование и реализация государственной политики в целях обеспечения военной безопасности государства;
164 мобилизационная готовность Вооруженных Сил, других государственных военных организаций, воинских формирований и органов, экономики и граждан к отражению агрессии или иного вооруженного нападения;
165 правовое положение (статус) и ответственность участников военной деятельности, правомерность применения ими вооружений и иных средств для достижения целей войны, а также отношение к военнопленным и гражданскому населению на оккупированных территориях как в период боевых действий, так и после их завершения.
166 Другим основным отраслеобразующим критерием является метод правового регулирования, т.е. совокупность приемов и способов правового регулирования отношений. Специфика и метода правового регулирования, и соответствующей отрасли права берет начало в объективных различиях самих общественных отношений.
167 Своеобразие метода правового регулирования конкретной отрасли права определяется тем или иным взаимным сочетанием известных способов воздействия права на поведение субъектов (императивный, диспозитивный, поощрительный, рекомендательный) — одни из них основные, другие второстепенные, третьи играют вспомогательную роль, значение некоторых из них может быть вообще едва заметным и т.п. Различное взаимосочетание методов правового воздействия определяет своеобразный, оригинальный метод правового регулирования конкретной отрасли права.
168 Следует обратить внимание на то, что если аналогичные правовые факты в различных случаях влекут за собой разные последствия, то это значит, что, несмотря на внешнее сходство этих фактов, юридическое существо их различно; следовательно, те нормы, на которых основано действие этих правовых фактов, относятся к различным областям права.
169 Применение такого института административного права, как приказ, вызывает различные правовые последствия в зависимости от того, кем он отдается. Неисполнение отданного в порядке военной службы приказа влечет за собой для лица, не выполнившего приказ, либо дисциплинарную, либо уголовную ответственность. Такое же нарушение вне вооруженных сил само по себе может влечь за собой только дисциплинарное взыскание. Различные правовые последствия от неисполнения приказа объясняются различиями в возможных последствиях его неисполнения, поскольку неисполнение законного приказа, отданного воинским должностным лицом, имеет следствием не просто посягательство на установленный порядок несения военной службы, а риск причинения неприемлемого ущерба не только отдельным лицам или коллективным субъектам, но и самому государству, а также может повлечь необратимые геополитические последствия. Именно поэтому в случае, если в боевой обстановке военнослужащий отказывается выполнить приказ (боевое задание) или проявляет трусость, командир обязан силой понудить его к выполнению задания; при необходимости командир не только имеет право, но и обязан применить оружие. Обсуждение (критика) приказа недопустимо, а неисполнение приказа командира (начальника), отданного в установленном порядке, есть преступление против военной службы93. Такой метод управления и решения поставленных задач не имеет аналогов ни в одной из других сфер человеческой деятельности, а следовательно, и не характерен как метод правового регулирования любой иной отрасли права, что явным образом свидетельствует о наличии специфического метода правового регулирования военного права.
93. См.: Устав внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 10.11.2007 г. № 1495) (ст. 39) // СЗ РФ. 2007. № 47 (ч. I), ст. 5749.
170 Профессор А.А. Герцензон отмечал, что военные отношения строятся на основе строгой подчиненности, беспрекословного повиновения, строгого соблюдения единоначалия, требований воинской дисциплины и т.д.94
94. См.: Труды Военно-юридической академии. Т. XXIII. С. 82.
171 Как справедливо подметил В.М. Чхиквадзе, особенности военного быта вызваны основной задачей вооруженной защиты государства, обеспечения неприкосновенности границ и его независимости95.
95. См.: Труды Военно-юридической Академии Красной Армии. М., 1940. С. 28.
172 Безусловно, метод правового регулирования военного права преимущественно императивный. Однако необходимо однозначно и явно сформулировать особенности метода регулирования для идентификации отрасли военного права. Констатация специфики метода военного права с выводом о преобладании в нем императивных начал над диспозитивными не решает проблемы идентификации отрасли права военного права по указанному признаку, поскольку в той или иной степени они присущи, например, методу административного права.
173 Какое соотношение первичных методов регулирования воинских отношений является настолько специфичным, что позволяет говорить об особом методе военного права? Это соотношение должно постоянно обеспечивать должную эффективность правового воздействия на всю совокупность военных отношений.
174 Особенность метода правового регулирования военного права применительно к праву вооруженных конфликтов проявляется, во-первых, в исключительной императивности правовых норм, одновременно допускающих возможность диспозитивного регулирования в строго ограниченных исключительных случаях; во-вторых, только такой метод допускает легитимную возможность причинения ущерба противоборствующей стороне и «покушения» на самую главную ценность человека – его жизнь и здоровье в результате ведения боевых действий. То есть является правомерным лишение жизни в ходе вооруженного конфликта комбатанта, члена организованной вооруженной группы, а также лица, непосредственно принимающего участие в военных действиях, во время совершения этих действий, но при условии, если при этом не используются запрещенные средства и методы ведения войны.
175 Боевые действия ведутся военными методами96 и с применением вооружения и военной техники. Основная цель ведения боевых действий – причинение урона, в т.ч. в живой силе, противнику. Данный тезис актуален и сейчас с той лишь поправкой, что физическое истребление живой силы противника не есть самоцель в современных вооруженных конфликтах. Важнейшей задачей ведения боевых действий является не столько физическое уничтожение сил противника, сколько слом его воли к сопротивлению – как государственного руководства, так и военного командования, вооруженных сил в целом (или их основных группировок), а также основной массы населения страны97.
96. Наставление по международному гуманитарному праву для Вооруженных Сил РФ (утв. Приказом Министра обороны РФ 08.08.2001 г.) содержится указание на запрещенные способы (методы) ведения боевых действий (ст. 7). При этом под военными методами следует понимать прежде всего методы управления при ведении боевых действий, которые применительно к вооруженным конфликтам закреплены и исследованы в рамках международного гуманитарного права. Но не только. Вне рамок отношений в период вооруженных конфликтов, как уже было отмечено ранее, существуют иные обширные отношения, которые также регулируются специфичными методами военного права.

97. См.: Кокошин А.А. Указ. соч. С. 182.
176 Начальник Генерального штаба Вооруженных Сил РФ В.В. Герасимов отмечает, что в современных условиях получил развитие принцип ведения войны на основе скоординированного применения военных и невоенных мер при решающей роли Вооружённых Сил - «мы должны упреждать противника своими превентивными мерами, своевременно выявлять его уязвимые места и создавать угрозы нанесения ему неприемлемого ущерба»98. В то же время основное содержание войн в современности и обозримой перспективе останется прежним; их главный признак – наличие вооруженной борьбы99.
98. Герасимов В. Векторы развития военной стратегии // Красная звезда. 2019. 4 марта.

99. См.: Герасимов В. Мир на гранях войны // Военно-промышленный курьер. 2017. 15 марта.
177 Обратим внимание на термин «неприемлемый ущерб», который означает такое причинение негативных последствий противной стороне, которые для нее настолько существенны, что они предопределяют последующий ход (а возможно, и исход) вооруженного конфликта. Такие последствия не могут наступить от воздействия иных субъектов отношений, применяющих иные средства и методы решения поставленных задач. Именно особый метод правового регулирования военного права порождает широко отмечаемую и не оспариваемую специфику воинских правоотношений, основанных на полном единоначалии, строгой воинской дисциплине, исключительной централизации и субординации субъектов военных отношений. Категоричность военно-правовой нормы обусловливает подчинение воли всех военнослужащих воле командира, что является гарантией успешности боевой деятельности. Исключения из общей исключительной императивности правовых норм, практически допускающих возможность диспозитивного регулирования в строго ограниченных случаях, проявляется в возможности командира гибко подходить при планировании боевых действий и выбирать конкретный вариант и средства боевого воздействия на противника.
178 Как было отмечено выше, боевые действия ведутся военными методами. Проблема определения военных методов решения задач военной безопасности заключается также в том, что если при ведении боевых действий (при нахождении в состоянии войны или при вооруженных конфликтах) они очевидны, то в условиях мирного времени необходимо четко определить, какие конкретно методы являются военными, т.е. могут быть использованы только входящими в военную организацию государства структурами и не могут использоваться иными государственными органами и организациями, не говоря уже об организациях, не относящихся к государственным. Без нормативного определения военных методов, используемых для решения задач военной безопасности, практически сложно определить критерии включения тех или иных органов в военную организацию государства.
179 Можно предположить, что военные методы не подлежат правовому регулированию, а относятся исключительно к области военной науки, т.е. право не должно и не может вторгаться в сферу исключительной компетенции войск. Такого подхода придерживался Л. фон Штейн, который писал: «Государственное устройство может создать войско и управлять им, но одного только не может оно: это повелевать войску. Закон находит по отношению к войску границу, которой он не имеет ни в какой другой области государственной жизни: когда закон по отношению к войску определяет слишком много, он подвергает опасности силу, а когда определяет слишком мало, то подвергает опасности свободу»100. Однако такой подход вряд ли оправдан в современных условиях, поскольку приведет к бесконтрольному использованию самых бесчеловечных методов ведения боевых действий для достижения стоящих перед вооруженной силой задач.
100. См.: Штейн фон Л. Указ. соч. С. 19.
180 Военные методы в конечном счете определяют специфическое содержание деятельности войск, которое, в свою очередь, находит отражение в конкретных формах этой деятельности (операции, боевые действия и т.д.). Военные методы решения задач военной безопасности также подлежат правовому регулированию, причем практически исключительно в императивной форме101.
101. Указания на методы ведения боевых действий обычно содержатся в распорядительных документах (приказах) органов военного управления, поэтому именно в них и должны предусматриваться все меры предосторожности, которые необходимы при проведении операции.
181 Применяемые при регулировании воинских правоотношений методы, характеризующиеся повышенной императивностью и категоричностью, основаны на неравенстве субъектов. Однако в сфере воинских отношений важное значение имеет и договорно-правовое регулирование (например, такие отношения имеют место при заключении контракта о прохождении военной службы), основанное на диспозитивности и свободе выбора варианта поведения. В связи с этим необходимо констатировать, что поскольку предмет военного права отличается значительным разнообразием, то законодатель имеет возможность использовать разнообразные методы из многих «материнских» отраслей права. И только комплексное применение данных первичных методов позволяет добиться основной цели – обеспечения обороноспособности и военной безопасности государства.
182 Военное право характеризуется большей по сравнению с другими отраслями права детализацией регулирования общественных отношений, связанных с функционированием военной организации государства. Нормы военного права отличаются повышенной категоричностью требований, военнослужащие по сравнению с другими лицами несут более строгую юридическую ответственность.
183 Таким образом, сущностными признаками метода правового регулирования военного права, отличающими его от других публично-правовых отраслей, являются:
184 а) целевая направленность на поддержание стабильных общественных отношений в сфере обороны и безопасности государства;
185 б) императивность и авторитарность, позволяющая осуществлять правовое регулирование военной деятельности государства, обеспечивая реализацию интересов военной безопасности общества в целом и отдельных лиц, в частности;
186 в) наличие жестких властно-подчиненных связей между субъектами военно-правовых отношений;
187 г) допустимость определенной самостоятельности властвующих субъектов в выборе форм и вариантов исполнения возложенных на них функций в сфере обороны и военной безопасности государства в сочетании с запретом на передачу полномочий в данной сфере из ведения Российской Федерации в ведение субъектов Российской Федерации и негосударственных структур.
188 Перечисленные особенности характеризуют специфичный метод правового регулирования военного права как совокупность правовых приемов и средств воздействия на отношения, сопровождающие военную деятельность государства, имеющих исключительно императивный характер, направленных на достижение целей и поставленных задач в условиях боевого воздействия на противника (вооруженных конфликтов, ведения боевых действий), в т.ч. допускающие возможность причинения ущерба инфраструктуре противника, жизни и здоровью его личного состава, а также регулирование иных военных отношений по подготовке к вооруженной борьбе (боевому или военному противодействию).
189 Нормативность и свойство официально-властного регулятора общественных отношений есть одно из функциональных качеств отрасли права. Дифференциация предмета правового регулирования в военной сфере порождает специализацию законодательства и образование военного законодательства, функционирующего в сфере военной деятельности государства и являющегося внешним проявлением (выражением) отрасли военного права. Военное законодательство носит комплексный характер, поскольку кроме военного оно содержит нормы и иных отраслей права (конституционного, административного, гражданского, земельного и др.).
190 Военная деятельность в России регламентируется развернутой системой нормативных правовых актов в военной области, состоящей из Конституции РФ, международных договоров, федеральных конституционных законов и федеральных законов. Во исполнение федерального законодательства принимаются подзаконные нормативные правовые акты.
191 Российское военное законодательство представляет собой выстроенную систему военно-правовых норм, регулирующих весь спектр военных отношений, в которых участвуют все органы государственной власти, местного самоуправления, организации и их должностные лица (от Президента РФ, являющегося Верховным главнокомандующим ВС России, до рядового), а также граждане Российской Федерации.
192 Рассмотрим особенности системы военного законодательства.
193 Конституция Российской Федерации есть важнейший источник военного права; она содержит следующие нормы военного права прямого действия:
194 статья 59 посвящена защите Отечества и институту военной службы, тем самым имеющим конституционное происхождение102;
102. См. подр.: Кудашкин А.В. Военная служба в Российской Федерации. Теория и практика правового регулирования. СПб., 2003.
195 статья 67.1 закрепляет конституционную обязанность по защите исторической правды, в т.ч. о защитниках Отечества;
196 статья 71 посвящена предмету ведения Российской Федерации, к которому отнесены оборона и безопасность, защита границ;
197 статья 83 определяет полномочия Президента РФ, в т.ч. в военной сфере; он назначает министра обороны и других «силовых» руководителей федеральных органов исполнительной власти, утверждает Военную доктрину, назначает военное командование.
198 Президент РФ является Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами РФ. В случае агрессии против Российской Федерации или непосредственной угрозы агрессии Президент РФ вводит на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях военное положение с незамедлительным сообщением об этом Совету Федерации и Государственной Думе (ст. 87).
199 В Конституции РФ также определены предметы ведения Федерального Собрания РФ и его палат. Так, Совет Федерации утверждает указ Президента РФ о введении военного положения, проводит консультации по кандидатуре министра обороны (ст. 102); рассматривает вопросы войны и мира (ст. 106).
200 Военное законодательство также включает международные договоры. Правовое положение российских военнослужащих и отдельные вопросы прохождения ими военной службы на территориях других государств определяются многосторонними международными договорами, в т.ч. между государствами — участниками Содружества Независимых Государств, подписанными Российской Федерацией, и двусторонними международными договорами между Россией и государствами — участниками СНГ о статусе группировок российских Вооруженных Сил и пограничных войск на их территории.
201 Статус названных военнослужащих определяется прежде всего тем, что они остаются военнослужащими своего государства со всеми правами и обязанностями, связанными с этим положением, иными словами, сохраняют все права и льготы, предусмотренные законодательством Российской Федерации. Вместе с тем, пребывая за пределами своего государства в составе военного персонала национального контингента при проведении операции по поддержанию мира, военнослужащие выполняют задачи на территории, где осуществляют свою юрисдикцию другие государства. Законность действий военнослужащих, юридическое закрепление их прав и обязанностей, привилегий и иммунитетов находит отражение в международных договорах.
202 К международным договорам между государствами — участниками СНГ, закрепляющим правовое положение российских военнослужащих на территориях других государств, относятся также двусторонние международные договоры между Россией и странами — участницами СНГ о статусе и условиях пребывания воинских формирований Российской Федерации на их территории. Такие договоры заключены с Республикой Таджикистан, Республикой Казахстан, Республикой Арменией, Республикой Беларусь, Кыргызской Республикой, Туркменистаном и другими странами103.
103. См., напр.: Федеральный закон от 30.01.2002 г. № 15-ФЗ «О ратификации Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о статусе воинских формирований Российской Федерации, временно находящихся на территории Республики Казахстан» // СЗ РФ. 2002. № 5, ст. 381; Федеральный закон от 30.01.2002 г. № 14-ФЗ «О ратификации Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан по вопросам юрисдикции и взаимной правовой помощи по делам, связанным с пребыванием воинских формирований Вооруженных Сил Российской Федерации на территории Республики Таджикистан» // СЗ РФ. 2002. № 5, ст. 380; Федеральный закон от 07.05.2013 г. № 74-ФЗ «О ратификации Соглашения между Российской Федерацией и Киргизской Республикой о статусе и условиях пребывания объединенной российской военной базы на территории Киргизской Республики и Протокола между Российской Федерацией и Киргизской Республикой о сотрудничестве в военной области в период, предшествующий вступлению в силу Соглашения между Российской Федерацией и Киргизской Республикой о статусе и условиях пребывания объединенной российской военной базы на территории Киргизской Республики» // СЗ РФ. 2013. № 19, ст. 2301.
203 Однако следует отметить, что США идут другим путем. Не заключая каких-либо договоров, они продвигают экстерриториальность национального законодательства, в т.ч. в военной сфере, что означает применение нормативного правового акта за пределами США в интересах их национальной безопасности. На активизацию экстерриториальных усилий по навязыванию американских регуляторных принципов и технологических стандартов под предлогом «национальной безопасности» обращает внимание академик А.А. Дынкин104.
104. См.: Дынкин А.А. Международная турбулентность и Россия // Вестник РАН. 2020. Т. 90. № 3. С. 210.
204 Практика экстерриториальных действий национальных законов отдельных государств вызывает обоснованное осуждение внутри мирового сообщества, приводит к дезинтеграции целых регионов и возникновению все новых и новых локальных конфликтов. Экстерриториальность деформирует международный правопорядок и выступает формой вмешательства во внутренние дела государств. Законодательная экспансия и правовая интервенция, основанные на агрессивном использовании экстерриториального, поддерживаемые политическими и военными средствами, внутреннего законодательства США и их союзников, представляют реальную угрозу современной цивилизации105.
105. См.: Савенков А.Н. Указ. соч. С. 336, 337, 413.
205 Однако осуждению подлежит именно агрессивная экстерриториальность, под которой понимается прямое вторжение иностранного законодательства в компетенцию национального под предлогом защиты национальных интересов, что имеет систематический характер со стороны США как в экономической, так и в военной сфере.
206 Актуальный характер носит проблема применения военной силы под предлогом борьбы с терроризмом против негосударственных акторов. Практически уже на системной основе многие государства стали использовать военную силу против негосударственных акторов, виновных в террористических актах; в ряде случаев под таким предлогом происходит оккупация части территории соседних государств.
207 Экстерриториальный характер имеют военные доктрины США, принятые по различным видам операций, которые представляют собой детальные руководства по разработке планов операций, действий командования по их выполнению в зоне проведения операций, методам взаимодействия для участия вооруженных сил в региональных конфликтах за пределами территории США. Принятие доктрин обусловлено использованием боевых соединений за пределами США и часто в отрыве от главных сил, когда от командования требуется принятие решения на месте.
208 Такой подход к экстерриториальному применению правовых актов в военной сфере представляет практический интерес для возможного использования как модели управления российскими воинскими контингентами, выполняющими боевые и иные военные задачи на иностранной территории, что требует дополнительного комплексного научного исследования.
209 Как Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами Президент РФ издает указы и приказы. Так Указом Президента РФ от 13 ноября 2020 г. № 704 введен в действие План обороны Российской Федерации на 2021 - 2025 годы. Данный План обороны разрабатывается в целях планирования и осуществления мероприятий в области обороны и включает в себя комплекс взаимоувязанных документов, имеющих правовой характер. Президент РФ отдает приказ Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами РФ о ведении военных действий (п. 2 ст. 4 Федерального закона «Об обороне»). Указанные акты, будучи нормативными по своему содержанию, являются источниками военного права, содержащими нормы прямого действия.
210 Президент РФ также утверждает и принимает акты стратегического характера в военной сфере. К ним относятся: Стратегия национальной безопасности Российской Федерации106, Военная доктрина Российской Федерации107, Морская доктрина Российской Федерации108, Доктрина информационной безопасности Российской Федерации109 и др. Указы Президента РФ в этой области государственной деятельности, не имея юридическую силу федеральных законов, тем не менее, превосходят их в практическом значении, поскольку содержат нормы прямого действия, имеющие исключительно важное значение для сферы регулирования с точки зрения обязательности беспрекословного исполнения и повышенной ответственности за это. При этом контролю и оценке подлежат не только сами факты выполнения требований, но и специальные условия – место, время и др., которые не могут быть изменены или оспорены в рамках существующих в государстве процедур.
106. См.: Указ Президента РФ от 31.12.2015 г. № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // СЗ РФ. 2016. № 1 (ч. II), ст. 212.

107. Утверждена Президентом РФ 25.12.2014 г. № Пр-2976 (см.: Росс. газ. 2014. 30 дек.).

108. Утверждена Президентом РФ 26.07.2015 г. (см.: URL: >>>> doc/morskaja-doktrina-rossiiskoi-federatsii-utv-prezidentom-rf-26072015/).

109. Утверждена Указом Президента РФ от 05.12.2016 г. № 646 (см.: URL: >>>>
211 К источникам военного права относятся подзаконные нормативные правовые и иные акты, издаваемые в развитие законодательства об обороне и безопасности. К ним кроме актов, принимаемых Президентом РФ, относятся акты Правительства РФ по военным вопросам, а также ведомственные нормативные правовые акты, издаваемые в пределах своих полномочий Министром обороны РФ и иными руководителями других федеральных органов исполнительной власти.
212 Конституцией РФ вопросы обеспечения обороны возложены на Правительство РФ (ст. 114). Реализуя полномочия, Правительством РФ приняты более 800 постановлений и распоряжений.
213 Особое место в правовом регулировании военных отношений отводится уставам. С точки зрения их юридической силы всю совокупность нормативных правовых актов, именуемых воинскими уставами, можно классифицировать по следующим группам:
214 1) уставы, утверждаемые Президентом РФ. К ним относятся общевоинские уставы — Устав внутренней службы, Дисциплинарный устав, Устав гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил РФ, действие которых распространяется на военнослужащих не только Вооруженных Сил, но и других войск и органов, а также лиц гражданского персонала, замещающих воинские должности110. Организация внутренней службы и обязанности должностных лиц военной полиции Вооруженных Сил РФ дополнительно определяются Уставом военной полиции Вооруженных Сил РФ111;
110. См.: Указ Президента РФ от 10.11.2007 г. № 1495 «Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. № 47 (ч. I), ст. 5749.

111. См.: Указ Президента РФ от 25.03.2015 г. № 161 «Об утверждении Устава военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации и внесении изменений в некоторые акты Президента Российской Федерации» // СЗ РФ. 2015. № 13, ст. 1909.
215 2) уставы, утверждаемые Правительством РФ112;
112. См, напр.: Устав воинских железнодорожных перевозок (утв. постановлением Правительства РФ от 14.07.2005 г. № 429-30); Устав воинских воздушных перевозок (утв. постановлением Правительства РФ от 30.08.2005 г. № 543-35); Устав воинских морских и речных перевозок (утв. постановлением Правительства РФ от 30.08.2005 г. № 544-36).
216 3) уставы, утверждаемые руководителями федеральных органов исполнительной власти113;
113. См., напр.: Строевой устав Вооруженных Сил Российской Федерации (утв. приказом Министра обороны РФ от 11.03. 2006 г. № 111); Устав службы на судах Военно-Морского Флота (утв. приказом Министра обороны РФ от 22.07.2010 г. № 999); Единый типовой устав управлений объединений, управлений соединений, воинских частей Вооруженных Сил Российской Федерации (утв. приказом Министра обороны РФ от 13.09.2016 г. № 560).
217 4) уставы, утверждаемые главнокомандующими видами Вооруженных Сил и командующими родами войск Вооруженных Сил РФ114.
114. См., напр.: Корабельный устав Военно-Морского Флота, введенный в действие приказом главнокомандующего Военно-Морским Флотом от 01.09.2001 г. № 350.
218 Разновидность воинского устава - боевой устав, под которым понимается официальный руководящий документ, определяющий основы боевых действий соединений, частей и подразделений вида Вооруженных Сил, рода войск, цели, задачи, принципы их боевого применения и основные положения по подготовке и ведению боя, а также по его всестороннему обеспечению и управлению войсками (силами). Боевые уставы разрабатываются на основе положений военной доктрины государства, военной науки, боевого опыта, опыта боевой подготовки соединений и воинских частей, их организационно-штатной структуры, уровня и перспектив оснащения оружием и военной техникой115. Все перечисленные правовые акты являются несомненно источниками военного права и, более того, той ее части, которая относится к праву вооруженных конфликтов.
115. В качестве примеров можно привести: Боевой устав по подготовке и ведению общевойскового боя, введенный в действие приказом главнокомандующего Сухопутными войсками от 24.02.2005 г. № 19; Боевой устав артиллерии, введенный в действие приказом главнокомандующего Сухопутными войсками от 01.12.2005 г. № 168.
219 Специфическим источником военного права являются правовые акты органов военного управления (акты военного управления), которые принимаются по вопросам управления боевыми действиями войск, боевой подготовкой личного состава; строевого управления и организации служб войск; по материально-техническому обеспечению войск. Они содержат государственно-властное предписание (распоряжение, повеление, установление), направленное на регулирование отношений в процессе деятельности государственных военных организаций и их структурных подразделений. К основным видам актов военного управления относятся: приказы, директивы, положения, наставления, инструкции, регламенты, предписания, указания, приказания и др.
220 Нормативные правовые акты по военным вопросам принимаются также субъектами Российской Федерации и органами местного самоуправления. В соответствии с Федеральным законом «О воинской обязанности и военной службе»116 исполнение гражданами воинской обязанности обеспечивают в пределах своей компетенции органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления и организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности и их должностные лица (п. 6 ст. 1). Это касается прежде всего вопросов воинского учета, военно-патриотического воспитания граждан, организации работы призывных комиссий, мобилизационной подготовки и мобилизации, исполнения военно-транспортной обязанности и ряда других вопросов.
116. См.: Федеральный закон от 28.03.1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» // СЗ РФ. 1998. № 13, ст. 1475.
221 Выводы и предложения
222 1. Военное право – это исторически сложившаяся отрасль российского права, регулирующая отношения в области военной деятельности государства, имеющая специфический обособленный предмет и метод правового регулирования в целях достижения победы в вооруженной борьбе, а в условиях мирного времени - военной безопасности Российской Федерации. В таком качестве она представляет собой систему установленных государством военно-правовых норм, закрепляющих правила подготовки и урегулирования войны (вооруженных конфликтов), правила ведения боевых действий, правовое положение (статус) участников военной деятельности, а также правовые основы военной деятельности государства в целях обеспечения его военной безопасности.
223 2. В современных геополитических условиях актуальность военно-правовых исследований неизмеримо возрастает в интересах как боевой составляющей военной организации государства (Вооруженных Сил РФ), так и всех других ее компонентов (включая оборонно-промышленный комплекс).
224 Для достижения целевого понимания, данного в определении дефиниции военного права в начале статьи, необходимо оперативно организовать масштабные исследования комплекса вопросов, регулирующих отношения, относящиеся как к национальному праву вооруженных конфликтов, так и к современным иным связанным с ним отношениям, в т.ч. в сфере взаимоотношений с оборонно-промышленным комплексом.
225 Краткий перечень современных проблем военного права может выглядеть следующим образом:
226 правовая характеристика новых видов вооруженных конфликтов;
227 правила проведения новых видов военных операций;
228 правовые режимы применения новых видов оружия и систем вооружения;
229 экстерриториальность военного законодательства;
230 правовое положение военной организации государства в связи с ее трансформацией в современных условиях;
231 военно-гражданские отношения, в т.ч. формирование самостоятельного законодательства о «военных закупках» в интересах исполнения государственного оборонного заказа.
232 3. Исследование современной проблематики должно носить вневедомственный и надведомственный характер. Такая задача уже реализуется в Институте государства и права Российской академии наук, в котором созданы и работают междисциплинарный Центр исследований правовых основ обороны и оборонно-промышленного комплекса и Национальный исследовательский центр правового наследия Нюрнбергского процесса (Академия Нюрнбергских принципов). По инициативе Института государства и права РАН и Ассоциации юристов России в Академии военных наук создано и работает отделение военного права, специализирующееся на современной военно-правовой тематике, одной из целевых задач которого является усиление поисковых исследовательских работ по данному направлению117.
117. См.: Герасимов В.В. Мобилизация военной науки // Военно-промышленный курьер. 2021. 19–25 янв.